— У нас всё хорошо, — говорю я; мой голос звучит более напряженно, чем я планировал. — Просто ждем заказ.
— Конечно, — любезно говорит она. Слишком любезно. — Первая течка с вашим альфой?
Виски издает сдавленный звук.
— Он не мой альфа, — говорю я, чувствуя, как краска заливает шею, несмотря на все мои усилия. — Мы просто...
— Друзья, — вклинивается Виски, закидывая руку мне на плечо. — Очень близкие друзья, покупаем припасы для... предстоящего цикла.
— Что ж, ваш «друг» очень заботлив, — говорит она, мило улыбаясь Виски. — И я знаю, что вы просто друзья, но у нас тут вообще-то есть инклюзивная группа поддержки для мужчин-альф с мужчинами-омегами, которая собирается здесь через вторник, если знаете кого-то, кому это интересно.
О, как замечательно. Она ему не верит. И не только это: она думает, что он меня трахает.
— Как увлекательно, — говорит Виски с таким видом, будто Рождество наступило раньше срока. — Правда увлекательно, милый?
Я его убью. Медленно. Чем-нибудь тупым и ржавым, и позабочусь о том, чтобы ему было больно.
Я сбрасываю его руку со своего плеча и отстраняюсь.
— Мне нужно проверить, как там наш заказ.
— Он бывает эмоциональным, — театральным шепотом сообщает Виски сотруднице. — Перепады настроения — это...
— Мы здесь, чтобы забрать заказ, — обрываю я его достаточно громко, чтобы несколько покупателей обернулись. — Заказ номер тринадцать.
Глаза сотрудницы расширяются от узнавания, и она более внимательно изучает наши лица.
— Ох! О боже мой, вы же из «Призраков»! Чума и Виски!
Каким-то образом это еще хуже.
— Во плоти, — подтверждает Виски, сверкая той самой легкой улыбкой, от которой плавится белье фанаток. — Простите за путаницу.
— Нет, это вы простите! — тараторит она, её профессионализм растворяется в возбуждении. — Мне не следовало предполагать... в смысле, вы показывали ему те товары для омег, и из-за всех этих запахов в воздухе я не поняла, что вы оба альфы, и... вы так непривычно выглядите без маски, Чума! — она осекается на полуслове, краснея. — Эм. Позвольте мне проверить ваш заказ.
И всё же она решила, что омега — это я.
Подходит еще одна сотрудница с отвисшей челюстью:
— Команда ухаживает за омегой? Кто эта счастливица?
— Или счастливец, — поспешно добавляет первая.
Вопрос повисает в воздухе между нами. Я чувствую, что Виски вот-вот ляпнет что-то катастрофически глупое, поэтому быстро вмешиваюсь.
— Нет, ничего подобного, — гладко вру я. — Мы забираем припасы для моей сестры, — ложь легко слетает с языка. — Она переживает трудные времена, и я обещал помочь.
Виски бросает на меня взгляд, который ясно говорит: какого хуя? Я игнорирую его.
— Что ж, это очень заботливо с вашей стороны, — говорит она, но я вижу, что она не до конца мне верит. — Позвольте мне проверить заказ для... вашей сестры.
— Не думала, что у него есть сестра, — произносит покупательница, подходя поближе, чтобы поглазеть на нас, и не слишком-то стараясь говорить тихо.
— Справедливости ради, Чума — полная противоположность открытой книге, — отвечает её подруга.
Вот и еще одна. Блять. По крайней мере, они говорят между собой и держатся от нас подальше. Они хихикают над чем-то, прикрывая рты руками, поглядывают на нас и снова растворяются в хихикающем шепоте.
Виски фыркает рядом со мной.