Дело №1979: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я давно там не работаю.

— Восемь месяцев, — сказал я. — Вышли на пенсию в январе этого года. После двадцати трёх лет главным бухгалтером.

Он смотрел в кружку.

— Вы знаете про три счёта, — сказал я.

Это был не вопрос. Он это понял.

— Откуда вы… — начал он.

— Иван Николаевич, — сказал я спокойно. — Человека убили. Не сами документы убили — человека. Живого. Если вы знаете что-то и молчите — вы, возможно, позволите убить следующего.

— Меня тоже убьют, — сказал Петрович тихо. — Если я скажу.

— Возможно. — Я смотрел на него прямо. — Но не сказать — это тоже выбор. Вы понимаете это?

Он молчал долго. Горелов не вмешивался — сидел и ждал. Я тоже ждал.

За окном был огород с остатками ботвы, серое небо, дальний лес. Тихо.

— Схема работала пять лет, — сказал наконец Петрович. — Я знал. Мне предложили — я отказался. Но я не стал сообщать.

— Почему?

— Потому что боялся. — Он произнёс это без стыда — просто констатировал. — Просто боялся. Я всю жизнь на этом заводе, всю жизнь в этом городе. Жена, дети. Я боялся.

— Понимаю.

— Нет, не понимаете, — сказал он, и впервые в его голосе появилось что-то живое. — Вы молодой, вы не понимаете. Это не так просто — пойти и сказать. Там люди серьёзные.

— Громов, — сказал я.

— Громов. — Он кивнул. — И не только. У него связи в Москве. Он осторожный — никогда сам не делает. Через людей, через бумаги.

— Через Колосова.

Петрович посмотрел на меня.

— Ты хорошо подготовился, лейтенант.

— Я слушаю внимательно.

Он помолчал. Потом встал, прошёлся по комнате — недолго, она была маленькая. Остановился у окна.

— Савченко хотел выйти, — сказал он. — Года полтора назад начал говорить об этом. Я ему говорил: не делай этого. Они не выпустят. Он не слушал.

— Он хотел написать жалобу?

— Да. В Москву, в министерство. У него были бумаги — он собирал, аккуратно. Я не знал, что он их уже отдал кому-то на хранение. Если бы знал — сказал бы ему, что это его не спасёт. — Петрович помолчал. — Ничего не спасло бы.

— Кто знал, что он собирает бумаги?

— Громов знал. Савченко, кажется, сам ему сказал — думал, что напугает. А тот не испугался.

Я смотрел на Петровича. Пожилой человек у окна, с остатками огорода за стеклом. Прожил честно большую часть жизни, закрыл глаза один раз — и теперь живёт с этим.

— Иван Николаевич, — сказал я. — Я прошу вас дать показания. Официальные, под протокол. Не сейчас — когда будем готовы. Вы скажете то, что знаете о схеме. Только о схеме — об убийстве вам говорить не нужно, вы его не видели.