Встаю. Подхожу к окну. Воскресенье, двор полупустой — детская площадка, три машины на парковке, голуби на бордюре.
Ничего страшного не происходит. Никто не умер. Никто не написал «нам надо поговорить» или «давай закончим» — а значит, все еще можно вырулить. Все еще не конец…
Но я чувствую.
Что-то сдвинулось. Что-то треснуло.
Может, я и правда накручиваю. Может, через час Артем позвонит и скажет «прости, был у родителей, не мог нормально написать». Может, Арс пришлет голосовое с хриплым «Скучал, Синичка». Может, к вечеру все станет как раньше — легко, тепло и правильно.
Может.
Но внутри — холод.
Тот самый, из-за которого хочется натянуть одеяло до подбородка и не вылезать. Не мороз, не лед — а что-то сырое, промозглое, как ноябрьский туман, который забирается под кожу и не выветривается.
Час.
Два.
Три.
Я влюбилась. По-настоящему. В обоих…
Как объяснить это? Как сказать: «Да, я знала о вас все до того, как мы встретились. Да, я смотрела ваши сторис. Но я не сталкер. Я просто одинокая девочка, которая фантазировала о том, что такие, как вы, могут заметить таких, как я»?
Звучит жалко.
Звучит как оправдание.
Звучит как правда — и именно поэтому так больно.
Солнце уходит за дома, комната заливается рыжим, теплым, совершенно неуместным светом. Я лежу на кровати в той же позе, в которой была три часа назад. Телефон — на груди, экраном вверх, громкость на максимуме.
Ни одного сообщения.
Открываю соцсети Арса — и не нахожу нашу переписку.
Не сразу понимаю. Листаю, ищу — может, я что-то нажала, может, глюк, может…
Он удалил.
Удалил всю переписку.
Все сообщения. Все голосовые…
И чата нет. Ничего… нет.
Пусто.
Как будто ничего не было.
Телефон выскальзывает из рук, падает на кровать, экран гаснет. Я смотрю в потолок. Цветочки на обоях расплываются — и я не сразу понимаю, что это из-за слез…
Что происходит?!
37 глава
Понедельник.