— Мне просто… — слова застревают в горле, путаются в мыслях. — Мне нужно немного времени… Пожалуйста.
Артем понимает без лишних объяснений. Он первым отступает на шаг, убирая руки с моих плеч. Холод тут же кусает кожу там, где только что было его тепло. Он не уходит совсем — просто дает мне пространство, воздух, который мне так нужен. Но его взгляд остается на мне — внимательный, серьезный, темный. Он держит меня этим взглядом крепче любых оков, не давая упасть.
Арс остается ближе. Он не разрывает дистанцию.
— Я здесь, — произносит он.
Два простых слова. Без подтекста, без игры. Просто констатация факта.
Я поднимаю на него глаза. Он смотрит прямо, не пытаясь спрятаться за привычной маской цинизма. В его глазах плещется тревога, остатки злости и что-то еще… что-то пугающе мягкое, совсем ему не свойственное.
— Ты меня напугал сегодня, — выдыхаю я, признаваясь в собственной слабости.
Его губы дергаются в кривой, виноватой усмешке.
— Ты нас всех напугала, Ника.
— Прости.
— Не за что тебе извиняться.
Тишина, повисшая между нами тремя, больше не давит бетонной плитой. Она стала другой — тягучей, теплой, живой. В ней можно даже дышать.
Я делаю шаг к Арсу. Почти неосознанно, ведомая невидимой нитью. Вдыхаю его запах — терпкий, острый. Это не перегар и не шлейф чужих женских духов. Это запах грозы и кожи. Мужской запах…
— Арс… — шепчу его имя, пробуя на вкус.
Он наклоняется ко мне. Медленно, давая мне тысячу возможностей отступить, оттолкнуть, убежать.
Но я не отступаю.
Наши губы встречаются осторожно. Неловко. Без напора и властности. Это поцелуй не про страсть, сжигающую города. Это поцелуй-вопрос. Проверка.
«Можно?»
Он целует меня так бережно, будто я сделана из тончайшего стекла и могу рассыпаться от одного неверного движения. Его нежность пугает и одновременно лечит.
И мне… хорошо.
Глупо, тепло и до дрожи спокойно.
Я отстраняюсь первой, чувствуя, как заполошно колотится сердце в груди.
— Прости… — снова срывается с губ.
— Не извиняйся, — он едва заметно качает головой, его глаза потемнели. — Пожалуйста, только не это.
Я перевожу взгляд за его спину. На Артема.
Он все видел. Каждую секунду, каждое прикосновение. Он не отвернулся, не скривился, не ушел, хлопнув дверью. Он принял это.
— Иди ко мне, — говорит он тихо, но в этом тоне звучит та сила, которой невозможно сопротивляться.
И я подхожу.
Он берет мое лицо в ладони — уверенно, по-хозяйски, но с невероятной бережностью. Его прикосновение другое. Оно глубже. Фундаментальнее. От Арса кружится голова, как от вина, а от Артема внутри наступает штиль. Тишина, в которой хочется раствориться.
— Ты правда не «никто», — повторяет он, глядя мне в душу. — Запомни это раз и навсегда.