— И вы узнали, что за этим стоял генерал Торн только сегодня?
— Да! — вскрикнула нервно тётя. — Когда он вошёл в дом и заговорил с такой уверенностью, будто имение принадлежит нам до сих пор, я всё поняла.
Я вцепилась пальцами в подоконник, чувствуя, как внутри начинают кровоточить старые раны, и сквозь пелену слёз уставилась в окно.
Кайден не знал, что я не в курсе.
Это читалось по его глазам.
В памяти внезапно вспыхнула фраза, брошенная им в саду, когда он настаивал рассказать Реджи о магии.
«Если дело снова в деньгах…»
Снова.
Тогда, за эмоциями, я не придала значения одному маленькому слову, изменившему весь смысл.
Кайден, вероятно, тогда посчитал, что мне оказалось мало его денег.
Зачем он это сделал? Зачем назвал меня обнищавший деревенской девчонкой, если сам обеспечил мне безбедное будущее?!
Ведь покупатель объявился до той самой ночи… А сделка состоялась, когда Кайден был не в состоянии её контролировать. Когда я думала, что он погиб!
Он опять продумал все наперед или же… не планировал исчезать?
Но почему тогда он позволил мне поверить, что я для него ничего не значу? Почему не пришёл и выбрал молчание? Прошло полгода!
Я не понимала его. Ни его поступков, ни поведения… Но где-то в глубине души мне впервые захотелось с ним поговорить. Чтобы узнать правду. Вот только получу ли я ответы?
Теперь я иначе воспринимала его недавний визит. Кайден явился сюда с личным приглашением лишь затем, чтобы я не отклонила его предложение. Не испугалась вернуться в прошлое. К истокам.
— Зачем ему это? — тихо спросила Луиза.— К чему этот благородный поступок?
Вивиан неуверенно прошептала:
— А вдруг он просто захотел помочь, как сосед? Увидел, в каком мы бедственном положении.
Я нервно закусила губу, понимая, что Ви пытается отвести подозрения.
— Помочь? — в голосе Луизы сквозило недоверие. — Он просто мог об этом сказать. Пришёл бы и сказал. А не устраивал этот фарс с дарственными, чеками и посредниками.
— Чтобы тетушка сразу же похвасталась об этом всем своим подругам? — фыркнула Ви.— Напоминаю, генерал Торн скрывал свое истинное лицо под личиной обычного солдата!
— Я никому и ничего никогда не рассказываю! — возмутилась тетушка.
— Вы отлично умеете хранить свои секреты, но только не чужие, тётя Беатрис! — вспылила я, поворачиваясь к ней. — Вы сказали, что мой брак — это наш единственный шанс! Вы хоть понимаете, в какие рамки вы меня поставили? Вы знаете, что я чувствовала, когда вокруг меня крутились старики с плотоядными взглядами, но толстыми кошельками? Вы лишили меня выбора! Это жестоко!
— Что ты знаешь о жестокости, девочка?! — закричала тетушка, ударив по столу сложенным веером. — Мой муж умер, и я осталась одна в молодом возрасте! Без крыши над головой и без гроша в кармане! Со слабой целительской магией, которая ничем не могла мне помочь!
Я замолчала, чувствуя, как по щекам потекли слезы.
В гостиной повисла тишина.
— Я не могла поступить иначе, Фелиция, — тяжело вздохнула тётушка и обреченно всплеснула руками. — Вы — вся моя жизнь. Я хотела, чтобы вы жили лучше, чем я. Чтобы никогда и ни в чем не нуждались. А красивый и молодой муж, но без головы на плечах и крепкой финансовой опоры — это, увы, не гарантия безопасности.
— Я понимаю, — ответила тихо, вытирая ладошкой выступившие слезы, и отвернулась обратно к окну.
Я не лгала. Как бы я не злилась на тетушку за эту выходку, но я как никто знала, как тяжело ей пришлось. Жаль только, что она не осознавала, что не все в нашем мире измеряется деньгами.