Кайден на миг закрыл глаза и качнул головой. Словно пытался осознать мои слова. Уголки его губ едва заметно дрогнули.
Он поднялся на ноги и шумно вздохнул.
— Я думаю, вы заблуждаетесь, Фелиция, — произнес он холодно и зашагал к двери.
Но на пороге вдруг оглянулся и посмотрел на тётушку Беатрис.
— Я буду рад, если вы примите мое предложение, — добавил он и вышел прочь.
Входная дверь хлопнула так, что в шкафу задребезжал хрусталь.
Я перевела настороженный взгляд на тётушку.
Она выглядела перепуганной до смерти.
— Тетя? — тихо окликнула ее растерянная Луиза.
Тетушка Беатрис нервно прокашлялась и шепотом произнесла:
— Девочки мои, кажется, я должна вам кое-что рассказать…
Глава 26.
Спустя пятнадцать минут я металась по гостиной, как раненый зверь. Сёстры вжались в кресла, наблюдая за нашей перепалкой. В глазах Луизы застыла растерянность, а в глазах Ви стояли слёзы.
— Вы обманули меня! — кричала я в гневе.
— А что я должна была сделать?! — вспыхнула тётушка, мечась по гостиной. — Ты бы не согласилась покинуть эту дыру, даже если бы я умоляла! А я хотела для вас лучшей жизни!
— А я хотела выбирать сама! — на глаза предательски выступили слёзы. — Расскажите мне всё. Всё! Как мы получили и деньги и дом?!
Тётушка тяжело вздохнула и опустилась на диван. Схватилась дрожащими руками за фарфоровый чайник, стоящий на журнальном столике, и отхлебнула прямо из него.
— Когда документы на дом были подписаны, и барон Вейлор передал мне в руки чек, — начала она, не глядя на меня, — сумма превышала стоимость дома в два раза. Но барон заверил меня, что это достойная плата за такой огромный кусок земли. Я спорить не стала. Решила, что такой щедрый покупатель — это настоящее чудо для нас. Я сказала ему, что мы покинем дом через два дня. Вещей немного, поэтому соберёмся быстро.
— Дальше, — прошептала я.
В тот день я едва понимала, что происходит. Вернулась с поля боя, с пустотой в душе и дымом в лёгких. Подписала бумаги, даже не взглянув на покупателя, и вышла. Мне было всё равно.
Я тогда не хотела ничего — ни дома, ни будущего.
— А он сказал, — продолжила тётушка, нервно обмахиваясь веером, — что нам нет нужды вывозить вещи. А потом протянул мне другую бумагу. Дарственную. На твоё имя, Фелиция.
— Что?
— Дарственную, — повторила она тише. — С того момента ты являлась полноправной хозяйкой в одном лице. Барон сказал, что документ неоспорим, что ни один кредитор твоего отца не сможет отобрать дом. Так как это подарок, а не наследство.
Я прижала ладонь к губам, чувствуя, как очертания комнаты начинают медленно расплываться.
— Но почему? — мой голос дрогнул.
— Не знаю, — всплеснула руками тётушка. — Барон Вейлор просто сказал, что действует «по поручению высокопоставленного лица». Я решила, что, возможно, это кто-то из знакомых вашего отца решил нам помочь. Или… — она на миг запнулась, — сам ваш отец. Я подумала, может он всё-таки жив и хочет таким образом исправить то, что натворил. Просто у него не хватило духу посмотреть в глаза взрослым дочерям.
— И вы не пытались узнать, кто это был?
— Конечно, пыталась! — горячо воскликнула она. — Но барон стоял как стена. Не сказал ни слова!
Я отвернулась к окну. Очень тяжело было принять тот факт, что мою жизнь перекроили без спроса.