Пионер ничего не отвечает.
— Неизвестно, — едко повторяю я, тащась по лестнице в кабину. — Отрицательно. Неизвестно.
Волна облегчения накатывает на меня, когда я смотрю в панорамный экран кабины и не вижу ничего, кроме бесконечности звезд. Может быть, наши датчики барахлят; может быть, это ошибка. Я уже собираюсь сказать это Пионеру, как вдруг вижу его: отсутствие.
Пространство, где нет звезд — фигура из темноты. Тень.
— Пионер, что это? — мой голос срывается на фальцет.
Я подаюсь вперед, вглядываясь в экран. Я ничего не вижу, только отсутствие чего-то — словно облако закрывает звезды, форма, которая медленно движется, проглатывая далекие уколы света, пока дрейфует во мраке. И она становится больше; она приближается.
Неизвестно.
— Ты отправила сигнал бедствия, — говорю я, и это не вопрос.
Положительно.
— Эм… — мои зубы комично стучат. Каждая мышца в теле напряжена, пот высох и прилип к ледяной коже. Мои пальцы дрожат, когда я вывожу данные на дисплеи: инфракрасное излучение, сонар, радар, всё подряд. В ответ получаю лишь исковерканную бессмыслицу, словно корабль отказывается понимать, что именно к нему приблизилось. Я стискиваю зубы. Как бы мне ни было страшно, это может быть ответ на сигнал бедствия. Это может быть моим спасением.
— О-отправь сообщение, Пионер. В смысле, вызови их. То есть, отправь приветственный пакет.
Положительно, — отзывается Пионер.
К горлу подступает ком.
Приветственный пакет — это наш способ представить возможному инопланетному разуму человечество, Землю. Он был разработан как послание на всех человеческих языках, плюс двоичный код и небесный язык, на включении которого настояла я, — язык звезд. Это краткое руководство о том, кто мы такие и что делаем так далеко от дома. О том, что мы не представляем угрозы. Мы только хотим дружить.
Приветственный пакет отправлен, — сообщает Пионер.
Я жду. Сама не знаю чего. Никакого видимого корабля там нет. Только чернота, которая медленно подползает, угрожая проглотить меня. В животе колышется меняющий очертания страх, похожий на призрака. Что бы ни перерезало антенну связи, топливный бак — что, если это оно? Какое-то непознаваемое существо, мрачно дрейфующее среди звезд? Что, если оно проглотит меня, весь корабль, мертвый экипаж? Что, если эта тень — сам вакуум, космос, явившийся положить конец человеческой глупости?
На приборной панели что-то пищит. Это дисплей связи. Я смотрю, открыв рот.
Спустя мгновение Пионер произносит:
Мисс Селвин, нас вызывают.
Я не верю этому. Я вижу это, но не верю. Вижу мигающий огонек. Слышу, что говорит мне Пионер. Но… это бессмыслица. Бред. Черная фигура, тень, пытается со мной связаться?
Ну, кто-то точно пытается.
Я нажимаю кнопку, и раздается треск: звук открывающегося канала.
Я должна говорить. Я даже написала сценарий, который мы должны использовать, как только узнаем, как предпочитает общаться инопланетная жизнь, или… чем бы оно ни было. Это блок-схема. Пошаговый метод представления себя вселенной.
Но сейчас я ничего из этого не помню.
Поэтому я жду.
И затем, спустя, кажется, миллион мгновений, пробивается голос. Он приглушенный, прерывистый — вероятно, из-за поврежденной антенны связи — но я его понимаю.
— Мы получили ваш сигнал бедствия, — говорит голос, низкий и мужской. — Пожалуйста, подтвердите ваш статус.
Колени готовы подогнуться, и я сажусь.
— Пионер, — шепчу я. — Он говорит по-английски?
Положительно.