Он рванул пистолет из кармана, но в эту секунду Сэм Хопкинс без труда влепил ему пулю между глаз.
— Да, сержант оказался прав, — проговорил он, глядя на мёртвое тело, валяющееся посреди холла. — Гуки везде.
Сэм схватил труп за шиворот и отволок на пожарную лестницу. Затем вытащил из кармана мёртвого агента пистолет и сунул себе в карман. Потом пришла очередь списка. Это был обычный лист бумаги, размноженный на ксероксе. Список жильцов дома.
— Отлично, отлично, — пробормотал тихо Сэм Хопкинс, пряча листок.
Он не знал, пригодится ему список или нет, но предпочёл иметь его под рукой. Потом он посмотрел на наручные часы. Три часа дня. Вернее, без одной минуты. А ещё вернее, без пятидесяти секунд. Значит через пятьдесят секунд начнётся операция по уничтожению гуковской шпионки, мать её.
Сэм Хопкинс взял «Headblow 2000», вышел в холл и надел прибор себе на голову. Хотя времени оставалось не так уж много, но все же лучше иметь хоть какое-то прикрытие. Сейчас внизу, в подъезде дома напротив, пятеро унисолов готовились к атаке. Сам Скотт вместе с одним из унисолов продолжал сидеть в квартире-диспетчерской.
Ну и оставался он, Сэм Хопкинс. У Сэма вдруг возникла твердая уверенность, что он сможет сделать это. Они прикончат эту шпионку, а затем спокойно, с чувством выполненного долга разъедутся по домам. И он с гордостью сможет сообщить своим ребятам: «Я, мать вашу, спасал страну. И спас её».
В квартире шесть «Б» Патрик Ли Джонс, «Черч», повернул крутящуюся раму окна. Теперь он видел «Сандл вудс» так же чётко, как, скажем, на застывшем кадре кинофильма.
Унисол зарядил обойму гранатомёта. Ход был не нов. Уже опробован на здании компании Си-Эн-Эй.
Одновременно с ним Скотт поднял снайперскую винтовку. Он не знал наверняка, но мог предположить, что гуковские снайперы должны сидеть где-то на крышах. Если они, конечно, вообще есть. А если нет, то он сможет прикрыть своих ребят внизу.
Глядя, как подчинённый снаряжает барабан гранатомёта, Скотт усмехнулся. Это была профессиональная работа. Чистая и чёткая. Как и положено настоящему «зелёному берету», Он посмотрел на часы. До назначенного срока оставалось двадцать пять секунд.
Ли Джонс тем временем разложил боезапас гранат на столике.
«Да, — подумал он, — этим парням ви-си придётся тяжело без диспетчера. Теперь у них нет человека, который мог бы сказать им: “О’кей, ребята. Действуйте. Стреляйте”».
Скотт нажал клавишу приёма и приклеил её липкой лентой к корпусу. Теперь все сообщения будут приходить только сюда. И, разумеется, ни одно из них не попадёт к адресату. Гуки останутся без связи.
Сержант поднял винтовку и прицелился. Отличное ружьё. «Ремингтон-700». Прекрасная пушка. Он передернул затвор, дослав патрон в патронник, и с удовлетворением услышал, как тот с мягким щелчком занял свое место.
— Прекрасно, — пробормотал Скотт и посмотрел на часы. — Пять секунд, — сказал он. — Готовность номер один. Три, две, одна, начали.
Патрик Ли Джонс поднял гранатомёт и, прицелившись, влепил гранату в одно из окон десятого этажа. Грохнул глухой взрыв. Вниз, на головы прохожих посыпались осколки стекла.
— Отлично, прокомментировал выстрел Джи-Эр-13. — Продолжай.
Гранаты рвались с задержкой в две секунды.
Прайер всё ещё пил воду, когда его неожиданно тряхнуло. Причём, тряхнуло здорово. Настолько здорово, что кубики льда разлетелись по столу, а на пластиковой поверхности образовалась лужица холодной воды.
— Ну вот и началось, — пробормотал он.
— О, чёрт, что это? — закричала девушка.
Совсем рядом, может быть, за стеной, грохнул взрыв.
— Немедленно уходите из квартиры! — заорал Прайер. — Немедленно уходите из квартиры! Лоренс, заберите её! Лоренс вскочил и, схватив Рони за руку, потянул ко входной двери. Они едва успели выскочить в коридор, как прямо за их спинами, в комнате, прогремел взрыв. Замешкайся они хотя бы па пять секунд, и их изрешеченные тела сейчас валялись бы на полу, присыпанные кусками штукатурки и осколками стекла.
Вокруг Рони тотчас же сомкнулось кольцо агентов. Где- то наверху пронзительно визжала какая-то женщина. Гулко рвались гранаты, люди выскакивали в коридор и бежали к лифту.
Скотт поднял винтовку и через оптический прицел принялся осматривать крыши соседних зданий. На одной из них он заметил чёрную фигурку, совсем крохотную. Голова в чёрной кепке и ствол снайперской винтовки.
— Внимание! Внимание! «Фокстрот-один»! Говорит «Фокстрот-двенадцать»! — раздался в динамике передатчика взволнованный голос. — Вижу людей на противоположной стороне улицы.
Движение остановилось, что позволило пятерым унисолам беспрепятственно пересечь Лексиигтон-авеню.
Сэм Хопкинс помчался к пожарному выходу.
В это же время Скотт поднял ружьё и тщательно прицелился.