На одиннадцатом этаже агент ФБР услышал за спиной звук открывающихся створок лифта и обернулся, напрягшись и мо ментально сунув руку в карман пиджака, в котором лежал пистолет. Он понимал, что вероятность проникновения унисола в здание крайне мала, однако всё-таки допускал её.
Укрепленный у него на голове «Headblow 2000» делал фигуру агента похожей на персонаж какого-то фантастического фильма. В мониторах он увидел обычного, нормального человека. Как и положено, пурпурного с жёлтыми разводами. Нормальный тепловой фон. Без сомнения, это был человек.
Агент сдвинул очки на лоб. Перед ним стол невысокий коренастый мужчина в плаще и озирался по сторонам.
— Прошу прощения, сэр, — наконец нерешительно сказал он, — мне нужна квартира одиннадцать «Д».
Агент ещё раз оглядел человека в плаще. Не то, чтобы тот вызывал у него какие-то подозрения. Просто по долгу службы. Парень очень напоминал провинциала, первый раз попавшего в большой город. Типичный техасец[VIII].
На всякий случай агент достал из кармана список жильцов этого этажа и, развернув его, спросил:
— Простите, сэр. К кому именно вы идёте?
— А что такое? — человек в плаще нахмурился. — Я что, не могу прийти к своим друзьям? Я думал, у нас пока ещё свободная страна.
— Извините, сэр, но сейчас, если вы не знаете, в городе очень напряженная ситуация. Мы ищем особо опасного преступника, поэтому проверяем всех, кто входит в это здание.
— Потому, что вы где-то ищете опасного преступника? — удивился мужчина. — Вы проверяете всех, кто входит в это здание, потому что где-то по городу ходит опасный преступник? О, Боже мой, если бы парии узнали, на что тратятся наши налоги, они наверняка написали бы письмо в Конгресс. И что, агенты вроде вас стоят в каждом доме, что ли?
— Нет, только в этом, — фэбээровец почувствовал, как его охватывает раздражение.
Этот человек слишком много болтал.
«Надо же, — подумал он, — ещё несколько лет назад на подобный вопрос любой посетитель ответил бы коротко и ясно и отправился бы к своим друзьям пить бурбон — а по всему видно, этот малый — приверженец бурбона — веселиться или ещё что-то. А этот начинает задавать вопросы».
— И всё же, сэр, — настойчиво проговорил он, — я ещё раз прошу вас назвать фамилию людей, к которым вы идете.
— Пожалуйста. Макдональд, Роберт Д. Макдональд. Можете проверить, это мой старый друг. Мы с ним вместе учились в школе. Давно, правда, в Дакоте. А теперь он переехал сюда, и я даже не могу войти к нему, потому что где-то в вашем городе ловят какого-то преступника. Чёрт побери!
Из-за его болтовни агент не мог сосредоточиться. Он посмотрел список, сличая фамилии.
— Простите, сэр, в какую квартиру вы идёте?
— Господи, я уже десять раз сказал вам. В одиннадцать «Д»!
Похоже, техасец разозлился. Он сунул обе руки в карманы плаща и агент тут же взглянул на него.
— Не делайте этого, — предупредил он. — Вытащите руки из карманов.
— Черт побери, вы еще будете говорить мне, что делать, а что нет! — уже не скрывая своей злости, к которой примешивалась изрядная доля сарказма, завопил в ответ человек в плаще. — А я, между прочим, добропорядочный гражданин. И знаком с самим мэром нашего города. Я обязательно расскажу ему, какие безобразия творятся в Лос-Анджелесе. Это не город, а черт знает что!
— Вытащите руки из кармана плаща, — уже жестче предупредил агент.
— Пожалуйста, пожалуйста, — техасец действительно вытащил руки.
— Так, ещё раз и четко. Квартира и фамилия.
— О, Боже! — провинциал вздохнул. — Одиннадцать «Д». Роберт Д. Макдональд.
Агент пробежал глазами список.
.— В квартире одиннадцать «Д» живут другие люди, — пробормотал он, засовывая руку в карман, а другой рукой убирая список. — Немедленно поднимите руки и повернитесь лицом к стене.
Когда он поднял глаза на гостя, тот уже стоял, улыбаясь и сжимая в руке «пустынного орла», снабженного длинной насадкой глушителя.
— Неужели другие? — щерился техасец. — Ты меня удивил, придурок!
— Бля, — успел буркнуть агент.
[VIII] Техасец (слэнг) — неотёсанный, грубый человек (прим. ред.).