04:23 Лаборатория
Глаза Ливии горели от усталости, но руки продолжали работать. Один за другим — пробирки, таблицы, расшифровки. Каждый лист — новая смерть, новые цифры, бессмысленные, как будто вирус стирал всё человеческое из крови.
— Лейкоциты падают… ЦРБ зашкаливает… опять… опять… — шептала она себе под нос, сравнивая с контрольными анализами Эда.
Но потом — одна строка остановила её руку. Она замерла.
— Это… не может быть…
На листе, выделялась идеально сбалансированная формула. Норма лейкоцитов. Умеренный уровень воспалительного маркера. Самое главное — следы иммунного ответа. Те же самые, что были у Эда. Только слабее. Свежее.
— Антитела… — прошептала она. — Есть антитела!
Взгляд метнулся к имени в углу бланка:
«СОФИЯ РЕЙН» — младшая медсестра. Возраст 26. Смена: 3-я, доступ в сектор D.
Ливия вскочила, бумаги едва не упали на пол. Она схватила их, прижала к груди и вылетела из лаборатории.
04:27. Соседний сектор. Кабинет профессора Ларсена.
Он и ещё несколько учёных работали над моделированием мутации вируса, сверяя образцы крови Эда. Его лоб был покрыт потом, пальцы дрожали от усталости.
—Профессор Ларсен! — Ливия ворвалась в комнату. — Посмотри! Немедленно! Это кровь Софии Рейн. Она… она выработала антитела!
Он выхватил бумаги. Читал быстро, молча. Потом поднял глаза.
— Это чудо… Есть надежда.
— Она выжила. Как Эд. И у неё почти те же маркеры. Почти… Понимаешь, что это значит?
Профессор резко встал.
— Немедленно найти её.
Он помолчал, затем добавил:
— Я сам возьму кровь на повторный тест. Если подтвердится… мы ещё на один шаг ближе к вакцине.
04:54.
Ливия снова сидела одна. Комната была тихой, как камера хранения — только шум прибора в углу и шелест бумаги под пальцами. Она вернулась к последним анализам. Осталось десять человек. И ни один из них не знал, жив он или уже — просто тело, в котором тикает вирус.
Каждого, кого она уже проверила — изолировали. Эд без слов, отводил в специальные боксы. Ни объяснений, ни утешений. Только жест и оружие в руке. Никто не сопротивляться.
04:59.
Ливия смотрела на следующие пробы — кровь была мутной, маркеры воспаления в красной зоне. Заражение уже в прогрессии. Ещё один.
— Палата седьмая, — сказала она в рацию.
— Принято. — Голос был сухой, почти автоматический.
05:06.
Следующий — критический уровень цитокинов. Иммунитет уже разрушен.
— Палата десятая.