— Кстати, есть подозрение, что Один не зря просил встречи с тобой в ближайшее время. Может быть будет просить за своего потомка. Опять.
— Он тогда тоже за него просил? — удивилась я.
— Да, присылал какое-то там письмо с витиеватыми намеками, о том, что хотел бы встречи с Каем. Но ты сделала вид, что не понимаешь, тогда. И он не стал настаивать. Понимал, что с тобой ему связываться опасно. В гневе ты могла и полностью уничтожить Кая. А он, всё-таки был единственным живым потомком на земле с его кровью. Остальные успели побиваться во всяких войнах.
— Да уж, — выдохнула я. — Потомок Одина… Кто бы мог подумать?
Я вновь перевела взгляд на Кая. Ну, учитывая нашу историю, не мудрено, что викинги отметились в генах наших предках. Точнее предков русичей…
Поэтому Кай и родился в итоге не где-то в Германии, или какой-нибудь Финляндии, а в России.
— И как мне его вернуть обратно? Я ничего не помню, — покачала я головой, смотря на своего стража с надеждой.
*Один — верховный бог из германо-скандинавской мифологии. Отец Тора.
*Тор — бог грома и молнии, войны и победы, плодородия и мужской силы в германо-скандинавской мифологии, сын верховного бога Одина и богини земли Ёрд (либо Хлодюн, либо Фьёргюн).
— Увы, моя королева. — Развел он руки в стороны, опять начав кривляться. — Я ничем тебе помочь не могу, — не без злорадства улыбнулся мужчина. — Хотя… — он сделал вид, что задумался, при этом смотря в потолок, и я в надежде даже подалась вперед, но Аргус, тут же покачал головой: — Вряд ли он захочет даже говорить об этом.
— Кто? — выдохнула я.
— Теурус, наш старший брат, — ответил Аргус. — Возможно он что-то может знать. Но… я не уверен. Хотя, если ты вернешь и ему свою любовь. То всё, может быть.
— Верну ему свою любовь? — мои брови поднялись вверх. — Ты намекаешь на секс?
— Я намекаю на любовь, моя королева, — ответил Аргус, как мне показалось с легкой грустью, и посмотрев на Кая, сказал: — Рекомендую вернуть его обратно в клетку. Там он в большей безопасности. Ведь если у него кто-нибудь заберет льдинки, то он мгновенно превратиться в ледяную скульптуру и расколдовать его не сможешь даже ты.
— Да кто посмеет? — отмахнулась я, уже размышляя о том, как поговорить с Теурусом.
— Как кто? Те же големы, которые начали уже пробуждаться с твоим приходом и приступить к своим прямым обязанностям.
— Это каким? — нахмурилась я, вспоминая их во сне.
— Разным, — пожал плечами Аргус. — Кто-то уборкой. Кто-то готовкой. Кто-то охраной. Ты создала их когда-то, чтобы они упрощали твой быт. Но они не одушевленные. Сами думать не в состоянии. Решат еще, что в руках Кая — мусор и отберут. А он даже сопротивляться не умеет. А в клетку они не зайдут, пока ты не отдашь им прямой приказ.
— Так это они, големы готовили для меня ужин, что ли?
— Да, — кивнул Аргус.
— Удивительно, — пробормотала я, и добавила: — Хорошо, я верну его обратно.
Я поднялась с трона, который подо мной тут же жалобно скрипнул, словно не хотел отпускать. Подошла к Каю, который всё так же самозабвенно перебирал льдинки, складывая из них уже знакомое слово «Вечность». Он даже не поднял на меня голову.
— Кай, — позвала я тихо. — Мы вернёмся в камеру. Так надо. Пока я не разберусь, как тебя расколдовать.
Никакой реакции. Только пальцы продолжали своё монотонное движение.
— Он слышит, — напомнил Аргус из-за спины. — Просто не может ответить. Или сделать что-то сам. Только то, что ты приказала — перебирать льдинки и складывать слово.
— Жестоко я с ним обошлась, — пробормотала я, беря Кая за руку.
— Он заслужил, — ответил Аргус. — К тому же сам хотел вечной жизни. Вот ты ему и сделала подарок. Он может вечно перебирать эти льдинки и никогда не постареет, и не умрет. И даже остановиться не может. Идеальное наказание для предателя.
Я обернулась. Мой страж стоял, скрестив руки на груди, и в его глазах горела холодная ярость. Не на меня — на Кая.
— Расскажешь подробнее? — спросила я.
— Не сейчас, — Аргус мотнул головой. — Сначала верни его. Потом, если захочешь, я расскажу подробности.