— Клим, с севера подходит подкрепление! — предупредил майор. — Три багги!
Я развернулся и сменил позицию. Вдалеке со стороны бокового въезда в промышленную зону, приближались три багги, быстро, без фар, что говорило об опыте экипажей. Тепловизор показывал двух-трёх бойцов в каждой багги.
— Вижу их, — подтвердил майору. — Буду задерживать.
Первый выстрел по ведущей багги — в лобовое стекло. Машина завиляла, но скорость не сбросила. Второй выстрел — в переднее левое колесо. Шина лопнула, багги понесло боком, и она встала поперёк дороги. Я использовал этот момент и отправил водителя в перерождение.
— Одна багги временно вышла из игры! — доложил майору.
— Ори, как дела внизу? — спросил майор.
В ответ была только тишина. Не треск помех, не обрывки слов — просто тишина, ровная и глухая.
— Ори, отвечай! — повторил майор, и в его голосе первый раз за ночь появилось что-то похожее на беспокойство.
— Связь потеряна, — сказал безмолвный боец. — Он слишком глубоко под землёй. Бетонные перекрытия гасят сигнал.
Оставшиеся две багги разошлись — одна ушла левее, вторая правее, охватывая наёмников в полукольцо. Началась серьёзная перестрелка между багги. Я старался помочь сверху, но угол был неудачным: позиция на крыше склада давала хороший обзор в сторону фабрики, но не по флангам.
— Майор, может, отходить? — предложил один из наёмников. — Без связи с Ори непонятно, что происходит внизу.
— Ждём ещё десять минут, — решительно ответил майор. — Потом вытаскиваем его и сматываемся.
Эти десять минут тянулись как вечность.
Десять минут в бою — это время в котором умещается очень много событий. Стараясь не думать об Ори, методично отстреливал всех, кто высовывался из укрытий.
Охрана фабрики крепко держала занятые позиции, приблизиться к ним. Шансов приблизиться к ним было немного. Но у нас и не стояло такой задачи. Да и их оказалось меньше, чем я ожидал, по моим расчётам, место такого уровня должно было охранять человек тридцать, не меньше. Здесь же едва набиралась половина.
Может, сэкономили? Может, рассчитывали на автоматику?
Наконец, в наушнике раздался долгожданный голос — хриплый, с присвистом, будто после пыли:
— Всё готово! Тащите меня наверх!
— Наконец-то, — облегчённо выдохнул майор, и это было первое искреннее чувство, которое я от него услышал.
Через несколько минут на поверхности появилась физиономия Ори — грязная, усталая, вся в саже, с прищуренными от яркого света глазами. Комбинезон был весь в пыли. Он выбрался из шахты, встал, отряхнул руки.
— Заряды заложены, — доложил он. — Можем валить отсюда.
— Отход! — скомандовал майор. — Клим, прикрывай!
Дал сразу несколько выстрелов, чтобы охрана даже и не думала высовываться из укрытий. Пока отходила к забору основная группа, после чего сам стал быстро спускаться с крыши. Лестница снова скрипела, но теперь мне было некогда думать о её надёжности.
К багги пришлось пробиваться под обстрелом. Несколько плазменных зарядов из приехавших багги ударило рядом. Наши ответили, я воспользовался этим, перебежал и запрыгнул в багги.
— Помчали отсюда, я на месте! — передал майору.
Багги развернулись и рванули с места, обратную в сторону пустыни, поднимая облако пыли и мелкого гравия. За нами тут же пустились в погоню. Четыре беспилотника вышли нам в хвост. Два нам удалось сбить. Ещё два преследовали нас до пустыни.
Там отстали, то ли потеряли нас в темноте, то ли не решились уходить далеко от объекта.
— Ори, что там было внизу? — спросил у него, когда мы отъехали достаточно далеко и скорость можно было снизить.
— Подземная фабрика, достаточно большая, — ответил он, отряхивая пыль с комбинезона. Снял перчатку, осмотрел ладонь — там был порез, неглубокий, уже запёкшийся. Надел обратно. — Станки, конвейерная лента, разводка под коммуникации. Производят что-то, но что — непонятно. Маркировки на оборудовании либо стёрты, либо незнакомые. Заряды заложил на трёх несущих колоннах и у главного силового распределителя. Рванёт хорошо, вместе со всем оборудованием.
В этот момент сзади что-то ухнуло — как-то глухо, сдержанно, будто земля проглотила взрыв. Потом тишина.