Выбрав последний вариант, я отправился к белой башне. После отъезда ребят небо над островом затянуло серыми тучами, моросил мелкий дождь, и было тяжело пробираться по мокрым камням. Ноги часто соскальзывали, делая дорогу утомительной.
Изнутри маяк оказался очень просторным, в центре, вверх и вниз, простиралась винтовая лестница, а по кругу вдоль стен до самого верха размещались двери. Там же мелькнуло несколько вооруженных охранников. Но меня привлекла решетка с замком, что преграждала лестницу вниз. Попытки открыть замок не принесли успеха, к тому же лишний грохот мог привлечь охрану, и мне осталось отворить засов своим способом. Я закрыл глаза и замер, пытаясь увидеть механизм изнутри, почувствовать его каждую металлическую деталь, и когда это удалось, усилием воли открыл затвор.
Дверь медленно отворилась, пропуская меня куда-то в подземные помещения. Там пахло плесенью и сырым мясом, стоял особо тошнотворный запах, который можно было вынести, только если вдыхать через ткань рукава.
Я неторопливо пробирался по широким тусклым коридорам, пока не наткнулся на приоткрытую дверь, за которой увидел большой грязный зал с металлическими столами, где люди в масках и защитных костюмах рубили что-то похожее на мясные отходы. Рядом стояли большие алюминиевые баки, куда сортировались эти отходы, наверное, по установленной схеме. В этом же зале, где-то в глубине виднелся ряд больших клеток с рычащими и хрипящими существами, их не было видно из-за плохого освящения. И когда двое людей подняли бак и понесли к клеткам, существа разволновались, разрычались, начался визг и шум, как если бы изголодавшимся животным принесли наконец еду.
Я решил вернуться на поверхность и, шагнув назад, поскользнулся. Когда присмотрелся, увидел покатившийся окровавленный глаз. Очень похожий на человеческий. Это ввело в ступор. Что здесь происходит? Что это за место?
Меня усиленно потянуло на выход, от тошнотворного запаха, от вида рубленой массы, от звуков чавкающих существ. Казалось, тут можно находиться только в защитной маске, иначе вывернет наизнанку.
Спотыкаясь на скользких мокрых камнях, я отправился в институт. Хотелось срочно прояснить ситуацию, потребовать ответы, которые мог дать только Валентин.
Брат оказался на нулевом этаже. При взгляде на меня он улыбнулся:
— Вижу, не скучаешь.
— Вовсе нет, — с сарказмом бросил я, сложив руки на груди. — Объясни, что происходит на острове? Что на самом деле творится внутри маяка?
Валентин встал передо мной в зеркальной позе.
— Познаешь мир? — с намеком поинтересовался он. — Похвально.
— Да, я был там. Видел зал, где рубят бордовую массу, а затем кормят ей каких-то существ. Что-то привозят отсюда, из левого корпуса. И знаешь, моя нога споткнулась о человеческий глаз.
— Тебя что-то в этом удивляет?
— Представь себе. Я не такой, как ты. Мне странно видеть подобные сцены.
Валентин кивнул:
— Ты не видишь общей картины. Существует целая система, но для тебя она не видна.
— Так покажи ее. А то у меня развивается чувство неполноценности.
— Хорошо, — согласился Валентин и протянул руку, предлагая следовать за ним по коридору. — Надеюсь на твою адекватность.
Мы долго шли, спускались и заворачивали, пока не очутились в пятом отсеке. Здесь оказалось много помещений, огороженных решетками, лабораторные залы, медицинские аппараты, и на всем пути выстроены руны. За решетками находились люди, в том числе с синими светящимися глазами. Все они были в разных степенях состояния: кто-то агрессивный, кто-то лежал в немощи, кто-то проявлял к нам интерес, прижимаясь к металлическим прутьям лицом. По помещениям ходили люди в белых халатах, в серой рабочей одежде и люди в длинных клеенчатых фартуках. Все были заняты своим делом и не обращали на нас внимания. Только один мужчина в белом халате поклонился Валентину и показал ему бумаги, которые тот внимательно осмотрел и одобрительно кивнул.
— Что это? — спросил я, озираясь по сторонам. — Кто все эти запертые люди?
— Как ты уже знаешь, мы работаем в сфере изучения процессов мозга, — спокойно ответил мой родственник. — Все, что ты видишь, относится к нашим исследованиям.
— Почему они заперты? — Я указал на клетки. — Это же люди.
Валентин развернулся и, шагнув к одной из дверей, быстрым движением открыл замок. Дверь отворилась, и заключенный сразу воспользовался этим, он осторожно вышел, огляделся и вдруг бросился на меня с совершенно диким выражением лица. Так как я среагировал не сразу, он прокусил мне плечо, рыча и пуская слюни. Мужчина был очень сильным, и мне не удалось с ним справиться. Мы боролись какое-то время, а Валентин стоял рядом и спокойно наблюдал.
Через минуту из клетки вышли и другие заключенные, они огляделись и тоже бросились на меня.
От возникшей боли в руке во мне родилась силовая волна, которую я сбросил на нападающих. Ярость выросла стремительно, обидчики разлетелись в разные стороны, стукнувшись о стены.
Дав волю эмбриону, я озлобился, поднимая и отбрасывая людей из клеток по нескольку раз. И только Валентин остановил происходящее, махнув рукой, после чего моя сила заблокировалась.
— Что ты сделал? — тяжело выдохнул я.
— Освободил людей из заточения, — спокойно пояснил брат. — Для тебя. Разрешить твое негодование.
— Что с ними? Они больны?