Читать книгу «Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход» онлайн.

– Возможно, возможно, – задумчиво протянул подполковник. – И сколько мне будет такая сабля стоить? – сменил он тему, тряхнув обломком с рукоятью.

– То вам с батей говорить надо, – пожал Матвей плечами. – Но за заказом вам придётся к нам в станицу ехать. Работаем-то мы только дома.

– Это понятно, – всё так же задумчиво кивнул жандарм и, замолчав, вернулся к коляске. Запряжённая в неё серая пара была явно благородных кровей.

Разобравшись с товаром, Матвей с удовольствием любовался красивыми, грациозными животными. Толпа, убедившись, что ничего интересного больше не будет, схлынула, и парень мог не особо беспокоиться о сохранности своего товара. Из созерцательной задумчивости его вывел неторопливый цокот копыт. По ряду, ведя в поводу каурого, высокого, широкогрудого жеребца, шёл Григорий. Судя по его довольной физиономии, конь и вправду был хорош. Без изъянов и каких-либо болезней. Рядом с кузнецом вышагивал грузин с такой довольной физиономией, словно светился изнутри.

– Держи, сын. Твой теперь, – усмехнулся Григорий, подавая парню ремень недоуздка. – Буяном звать. Только смотри, он и укусить не дурак, и лягается знатно. Драчливый чёрт.

– Ништо. Подружимся, – тихо рассмеялся Матвей, перехватывая ремень и поглаживая коня по шее.

Протянув коню ладонь, он внимательно следил за его реакцией, и как только жеребец попытался оскалить зубы, ловко хлопнул его ладонью по храпу. Фыркнув, жеребец подался назад и тут же попытался подняться на дыбы, но Матвей, ожидавший чего-то подобного, тут же с силой натянул ремень, не давая ему вскинуться. Возмущённо захрапев, жеребец злобно взмахнул передней ногой, но парень шагнул в сторону, пригибая ему голову ещё ниже. Сообразив, что человек уступать не собирается, Буян остановился и, чутко поводя ушами, принялся принюхиваться.

– Ай молодец, слушай! – весело одобрил наблюдавший за их противостоянием князь. – Настоящий джигит.

– Благодарствуй, княже, – вежливо ответил Матвей, подходя к коню.

Тихо свистнув, Григорий перекинул ему ржаной сухарь из сухпайка и, с лёгкой улыбкой глядя, как жеребец с удовольствием хрустит угощением, проворчал:

– Добрый конь. На таком не стыдно будет и в лагеря, и в бой идти.

– Благодарствую, батя, – улыбнулся Матвей в ответ.

Погладив жеребца и дав ему как следует обнюхать себя, парень подвёл его к телеге и, привязав ремень к задку дрог, тихо выдохнул:

– Ну, всё. Осталось только гостинцев купить, и можно домой.

– Ступай, – услышав, одобрительно кивнул кузнец. – Я тут теперь сам управлюсь. Только сторожен будь. Каторжные, небось, обиду таят.

– Помню, бать, – кивнул Матвей, ловко проскальзывая под шеей коня и выскакивая в проход. – Я недолго.

– Так некуда торопиться, – отмахнулся Григорий, показывая очередному крестьянину кованые вилы.

Шагая в мануфактурные ряды, Матвей изредка останавливался у какого-нибудь прилавка и, осматривая товар, бросал быстрые взгляды вокруг. В то, что каторжные отступятся, он не верил ни секунды. Да, действовать они сразу, может, и не станут, но каверзу устроят точно. Так что, гуляя по рядам, парень старательно мониторил обстановку вокруг. Как говорили во времена его службы, отрастил глаза на затылке.

И как оказалось, сделал он это не зря. Войдя в мануфактурные ряды, парень вдруг почувствовал холодок между лопаток. Так бывало, когда ему в спину упирался чей-то недобрый взгляд. Делая вид, что ничего не замечает, Матвей направился к прилавку с бусами, зеркалами и тому подобной женской радостью. Не спеша перебирая украшения, он то и дело смещался, чтобы сбить возможного противника.

Разбитной молодой продавец, заметив его интерес, тут же оживился и принялся выкладывать на прилавок всё новые украшения.

– Я смотрю, тебе всё равно, чем торговать, – усмехнулся парень, кивая на шали и зеркала.

– Торгуем, чем можем. Можем хлеб, а можем соль, можем тем, чем травят моль, – рассмеялся в ответ торговец.

Отложив бусы из янтаря, Матвей выбрал небольшое зеркало в резной оправе и принялся рассматривать шали для матери. Украшения ей должен дарить отец, зеркало дома имеется, так что оставались только они. Правда, на прилавке были ещё всякие бусы и монисто.

– Вот ещё глянь, сударь, – не унимался продавец, выкладывая на прилавок укладку с десятком разных серёг.

– Гляну, – кивнул парень, вспомнив, что у Ульяны имеется дочка.

Маленькая, но тоже женщина, и без гостинца её оставлять не след. Выбрав пару небольших серебряных серёжек, Матвей отложил их к бусам и уже хотел вернуться к выбору шалей, когда в спину вдруг словно холодом пахнуло.

Сам не зная зачем, Матвей сделал шаг в сторону, одновременно делая оборот вокруг своей оси. В воздухе перед самым носом продавца сверкнул нож, и парень, не раздумывая, ударил. Набитый кулак стремительно мелькнул, врезаясь неизвестному чуть ниже уха, и тот, закатив глаза, осел на землю, так и не выпустив ножа. Заметив это, Матвей, с силой опустил каблук на запястье противника, с тихим хрустом ломая ему кости. Что называется, на всякий случай.

Боль привела неизвестного в чувство. Вздрогнув всем телом, он нашёл расфокусированным взглядом парня и, оскалившись, прохрипел:

– Всё одно сдохнешь, тварь.

– Помечтай, – жёстко усмехнулся Матвей, всаживая мысок сапога ему в рёбра справа.