Несмотря на всё — улыбаюсь.
— Расскажи.
Она начинает говорить — быстро, взахлёб. Новые витрины — красивее прежних, с резными украшениями. Стены покрасили в тёплые тона — бежевый, кремовый. Повар уже готовит партию сладостей к открытию.
— Кабанский в восторге! — она сияет. — Говорит, что это будет лучшая кондитерская в городе!
— Наверняка.
— И я… — она замолкает, смущается. — Я чувствую себя полезной. Впервые за долгое время.
Смотрю на неё. На эту женщину, которая ещё несколько месяцев назад была сломленной, потерянной. Которая бродила по ночам с пустыми глазами. Которая чуть не шагнула с обрыва.
Теперь — другая. Живая. Счастливая.
— Ты молодец, — говорю я. — Правда.
Она замечает мою задумчивость.
— Ты в порядке?
— Да. Просто… завтра важный день.
— Битва?
Киваю.
Она подходит ближе. Кладёт руку мне на плечо.
— Ты справишься, — говорит она тихо. — Ты всегда справляешься.
И обнимает меня. Коротко, по-матерински. Впервые за всё время — так просто.
Я удивлён. И… тронут.
— Спасибо, — говорю я.
Она отстраняется. Улыбается.
— Иди. Отдыхай. Завтра тебе понадобятся силы.
Иду к Толику.
По дороге думаю: если переживу завтра — надо прекращать весь этот балаган. Войны, интриги, враги… Просто нормально жить. Жениться на Оле. Растить детей. Управлять поместьем.
Ещё бы врагам это как-то донести.
Усмехаюсь собственным мыслям.
Нормальной жизни не будет. Не в этом мире. Не с моими врагами.
Но помечтать же можно…
Стучусь к комнату Толика. Он открывает сразу:
— Господин…
— Рассказывай, что там в городе стряслось. Оля плакала?