Ада была занята — помогала постояльцам, и я не стал ей мешать, хотя отчаянно хотел с ней поговорить. К тому же я чувствовал себя немного бесполезным: вообще-то я должен был подменять Льюиса, но никто так и не попросил меня ни о чём конкретном. В итоге я прибился к группе из трёх пожилых мужчин и пошёл с ними, слушая, как они обсуждают, какие бутерброды им, возможно, дадут на обед.
Донни надеялся на сырный с маринованным огурчиком, а Тед скрестил пальцы в ожидании яичного.
— Только не это, — вмешался третий, Пэдди. — Я терпеть не могу запах яиц.
Спустя какое-то время мне всё же удалось догнать Аду, когда мы направлялись к другой стороне поместья, посмотреть на водопад. Вдалеке он с шумом низвергался вниз, впечатляюще рассекая скалистый обрыв, обрамлённый местной зеленью.
— Я надеялся, что ты вернёшься вчера вечером. Я ждал тебя, — сказал я, мягко скользнув ладонью по её локтю.
Она напряглась.
— Да… прости. Мне следовало позвонить и сказать, что я не смогу.
— Ада, — тихо произнёс я, проводя пальцами по её локтю и руке, прежде чем взять её ладонь в свою. — Я знаю, что ты видела бумаги.
Она резко втянула воздух, её удивлённое выражение подтвердило мои подозрения.
— Мне следовало рассказать тебе о своих планах, — продолжил я. — Я был неправ, скрывая это от тебя.
— Откуда ты вообще узнал, что его продают? — спросила она, поворачиваясь ко мне. Мы остановились, другие люди проходили мимо, пока мы оставались в собственном замкнутом мире.
— Когда ты упомянула, что его могут продать, я начал следить за рынком. Сначала сам не понимал зачем. Просто… я переживал, что ты потеряешь работу. Видно, как сильно ты любишь своё дело. А когда я увидел, что объект действительно выставлен на продажу, я понял, что должен его купить.
— Джонатан, ты не можешь просто взять и купить целый дом престарелых ради того, чтобы я сохранила работу. Это безумие.
— Это не единственная причина.
Она недоверчиво посмотрела на меня. — Разве?
— Я никогда ничего не отдавал обратно. У меня есть всё это накопленное богатство, и оно просто лежит, делая меня богаче с каждым днём. Пришло время сделать с этими деньгами что-то хорошее. Покупка “Пайнбрук” и работа без прибыли означает, что куча людей сохранит рабочие места. Что все ваши подопечные смогут продолжать жить в месте, где действительно заботятся об их благополучии, так, как ты это делаешь. Но больше всего это означает, что женщина, которую я обожаю, сможет и дальше заниматься тем, что любит.
— Джонатан… — выдохнула она, её грудь быстро поднималась и опускалась.
Переплетя наши пальцы, я притянул её ближе.
— Я буду владельцем лишь номинально. Я не стану вмешиваться. Я найму человека, который займётся финансами и управлением. Ты никогда не будешь мне подчиняться.
— Но это просто…
— Ада, — перебил я её. — Ты ведь понимаешь, что я не просто обожаю тебя, правда? Я по уши в тебя влюблён.
В тот миг, когда я произнёс эти слова, мне показалось, будто я наконец освободил нечто жизненно важное, запертое внутри меня. Даже если она не чувствовала того же, это не имело значения. Мне просто нужно было, чтобы она знала, как сильно я её люблю. Как она меня изменила.
Казалось, Ада почти не дышала. Её тёмные глаза сияли эмоциями, нижняя губа дрожала.
— Тебе не обязательно что-то отвечать, — сказал я, поднося её руку к губам и нежно целуя мягкую, прекрасную кожу. — Я просто хотел, чтобы ты знала.
— Простите, что прерываю, но нам нужна помощь всех, — сказала подошедшая Ханна. — Арчи и Феломена пропали.
Ада моргнула, словно выныривая из грёз. Я почти видел, как её мысли понеслись вскачь.
— Что? Когда их видели в последний раз?
— Кажется, в розарии, — ответила Ханна, и Ада тут же перешла в режим действий.
— Так, ты иди проверь там. Пусть Магдалена остаётся и присматривает за остальными. Мы с Джонатаном пойдём к главному зданию, вдруг они там заблудились.
— Хорошо, — кивнула Ханна и быстро ушла.