СТОЙКИЙ ПАРЕНЬ
В ночь перед первым выездом в степь Сергею не спалось. Он лежал в палатке на охапке прелого сена, так как свою койку уступил приехавшему в командировку пожилому агроному, и думал о предстоящем дне. Взял трудное обязательство — пахать не меньше восьми гектаров за смену, да еще вызвал на соревнование лучшего тракториста совхоза Славу Саенко.
«Хвастун, — думал сейчас Колышев. — Далеко хватил, а опыта еще маловато. Но ничего, главное — настойчивость», — утешал он себя.
Повернулся на другой бок, пытался заснуть и через минуту вздрогнул от острого укола в пятку. Он вскочил, зашарил по соломе, наткнулся на что-то тугое, неприятно скользкое. «Змея!»
Пока искал спички и зажигал лампу, змея ускользнула в одну из щелей палатки.
Сергею было известно, что в Тугузакской степи водятся ядовитые змеи. Об этом новоселов предупредили еще в первый день их приезда, и для безопасности врач рекомендовал вокруг палаток посыпать на ночь дуст.
Некоторое время совет врача аккуратно выполнялся, а потом о нем начали забывать. Кое-кто из новоселов стал даже поговаривать, что врач — перестраховщик и что он на всякий случай решил припугнуть новоселов змеями, которых здесь никто не видел. Так рассуждал и Колышев.
И вот на тебе — змея!
Сергей досадливо сплюнул, собрался идти в медпункт, но тут же подумал: «С врачом только свяжись… Могут еще прописать постельный режим!.. Страда, люди целину поднимают, а ты лежи, подушку нюхай… Нет, не пойду!»
Вспомнил: дедушка рассказывал, как однажды себе ногу от укуса змеи вылечил.
Так же поступить решил и Сергей. Он выдавил кровь из ранки, смазал ее одеколоном, снова лег. Но уснуть не смог. Оделся и вышел из палатки.
Степь мерцала и покачивалась в лунной дымке. Серебрилась жесткая, как проволока, прошлогодняя трава. Было ветрено.
Колышев натянул фуражку и, чуть прихрамывая, направился к стоявшим на холме тракторам. Там уже находилось несколько трактористов. Среди них — Слава Саенко и прицепщица Сергея Катя Дзюбинская. Когда он подошел, трактористы о чем-то оживленно спорили с Катей.
— Легок на помине! — сказал Саенко Сергею. — Мы вот воюем с твоей напарницей. Упрямая: не права, а все свое доказывает. — Обратился к Кате: — Ну-ка, покажи свое рукоделие.
Катя протянула флажок, шелковый, с маленькой пышной кисточкой из разноцветных ниток и с надписью посредине: «Только вперед!»
— Подходящая работа, — похвалил Катю Сергей, разглядывая крупно вышитые золотыми нитками слова.
— Вот и я говорю: флажок что надо, — подхватил Слава. — Поэтому мы и решили сделать его переходящим, присуждать лучшему трактористу по итогам дня. Законно! А она ни в какую: мой, для нашего трактора…
— Ладно, пусть будет переходящим! — согласился Сергей. — Не возражай, Катя. Постараемся у себя его сохранить. — Катя нехотя согласилась.
Через полчаса степь ожила.
Казалось бы, ничего особенного: тракторы тащили плуги, за ними, вздымаясь, тянулись пласты влажной земли. Обычная картина пахоты. Но оттого, что поднималась целина, веками не тронутая земля, у всех было настроение приподнятое и несколько тревожное: как там дело пойдет?
После первого захода Сергей вышел из кабины, замерил глубину борозды. Вставать на перевязанную ногу было больно, но значения этому он не придавал.
Поближе к полудню боль усилилась. От ступни к пальцам словно перекатывались раскаленные шарики. Сергей выключил мотор, стал снимать сапог. А тут еще Катя в окошко нос сует.
— Что случилось? Почему остановился?
— Иди… иди, — пробормотал он. — Хочу портянку перемотать.
— Нашел время, — заворчала Катя, — давай дальше…
Снова заработал мотор, больно отдаваясь в ушах тракториста. На лбу, на щеках выступил пот, перед глазами флажок на капоте вытягивался, разгорался в костер. Из костра выплывало круглое лицо Славы Саенко, на губах усмешка: «Ну что? Жила тонка… Отдавай флажок!» Не отдадим, не радуйся. «Держись, Сережа!» Это Катя говорит.
— Ой, братцы, худо мне!
Сергей услышал свой голос, замотал головой, протер глаза. Еще два разворота, и как раз восемь гектаров. Держись, Серега!
Последний заход, и вот, наконец, березовый колок, но почему он горит? Горят стволы, ветки? Кто их поджег? Пылающее дерево приблизилось, вот-вот оно упадет на трактор.
Сергей последним усилием выключил мотор. Потом, словно сквозь туман, увидел Катю. Она тормошила его, испуганно спрашивала: