— Чушь собачья, — отрезала Влада. — Никого я не привораживала.
— Это мы разберёмся в темнице, — усмехнулась Моргана. — Взять её.
Стражники схватили Владу под руки. Лисанна закричала, бросилась к ней, но её отшвырнули к стене.
— Лиска! — Влада рванулась, но её держали крепко.
— Не волнуйтесь, служанку мы не тронем, — Моргана подошла к Владе вплотную. — Пока. Если будет умницей.
Она наклонилась к самому уху и прошептала:
— Ты думала, что сможешь тягаться со мной? Глупая чужеземная шлюха. Герцог будет мой. А ты сгниёшь в подземелье.
— Дамиан вернётся, — выдохнула Влада. — И тогда ты пожалеешь.
— О, я надеюсь, он вернётся, — глаза Морганы сверкнули. — Как раз вовремя, чтобы увидеть твой труп. Такой романтичный финал.
Она махнула рукой, и Владу поволокли прочь.
Темница оказалась именно такой, как в страшных сказках — сырая, холодная, вонючая. Владу бросили на солому, даже не развязав рук. Дверь захлопнулась, засов лязгнул.
— Ну вот, — сказала Влада вслух. — Доигралась, архитектор.
Слёзы подступили к горлу, но она задавила их усилием воли. Плакать нельзя. Плакать — значит сдаться. А она не сдастся. Ни за что.
Сколько времени прошло, она не знала. Час, два, день? В подземелье не было окон, только тусклый свет факела в коридоре.
Ей приносили воду и хлеб. Стражники молчали, на вопросы не отвечали. Моргана не появлялась — видимо, ждала, когда Влада сломается.
Но Влада не ломалась.
Она думала о Дамиане. Представляла, как он вернётся, узнает, что случилось, и разнесёт эту темницу по камням. И эта мысль грела.
А потом дверь открылась.
На пороге стоял молодой человек в богатой одежде. Золотоволосый, голубоглазый, с красивым, но каким-то незрелым лицом. Король Эдвард.
— Вы... та самая чужеземка? — спросил он, разглядывая её с любопытством.
— А вы тот самый король, который сажает невиновных в темницу? — огрызнулась Влада.
Эдвард улыбнулся — улыбка у него была мальчишеская, открытая.
— Моргана сказала, что вы ведьма.
— А вы всегда верите тому, что говорят красивые женщины?
Он усмехнулся.
— Обычно да. Но в этот раз решил проверить сам.
Он вошёл в камеру, не обращая внимания на протесты стражников, и присел рядом с Владой на корточки.
— Рассказывайте.
И Влада рассказала. Про свой мир, про архитектуру, про замок, про проклятие, про работу, которую она делает. Говорила быстро, горячо, убедительно.
Эдвард слушал, не перебивая. А когда она закончила, долго молчал.