Вдали показался большой зелёный шатер, который он искал. Он остановился и коснулся мешочка с оррхованскими драгоценностями, спрятанного в кармане, чувствуя, как охватывает странная нервозность. То, что он собирался сделать, навсегда изменит его жизнь, как и жизнь ничего не подозревающей человеческой женщины. Но ему нужно найти пару, прежде чем он вернётся на Новый Вакс. Женщина в шатре должна подойти для этого, кем бы она ни была.
Его шрамы, вероятно, будут вызывать у неё отвращение и страх, но ничего не поделаешь. Она прибудет с ним на Новый Вакс, станет его парой и родит ему детей. Возможно, со временем женщина оценит, что он избавил её от рабства. Он будет хорошо с ней обращаться и соблюдать свои супружеские клятвы.
Он мог лишь надеяться, что между ними завяжется что-то вроде дружбы. О большем он и мечтать не смел. Он не повторит одну и ту же ошибку дважды.
С крепнущей решимостью он вошёл в зелёный шатер и сердито посмотрел на четырёхрукого пришельца, который преградил ему путь. Глаза пришельца расширились, и он сглотнул, явно не такой храбрый, каким должен быть охранник. И не такой высокий. Файнд возвышался над ним больше, чем на две головы.
— Клазсум ждет меня.
— А, Файнд! — Клазсум, работорговец, с которым Файнд вчера общался по видеосвязи, появился из темноты, и охранник тут же отошёл в сторону. — Как повезло, что ты успел до того, как солнечная буря обрушилась на этот сектор.
— Я здесь не за разговорами о погоде, а ради человеческой женщины. Отведи меня к ней. — Он убеждал себя, что просто хочет поскорее завершить сделку и сбежать с этого многолюдного рынка вместе со своей новой парой. Он вовсе не жаждал встречи с ней. Ведь не из-за этого его сердце бешено колотилось в груди.
— Следуй за мной. — Клазсум вежливо кивнул.
Файнд последовал за работорговцем вдоль ряда клеток. Большинство из них были пусты, но в некоторых находились инопланетяне разных видов, а также экзотические животные. Это зрелище глубоко поразило Файнда. По периметру палатки стояли охранники, большинство из которых держали оружие наготове, словно ожидая нападения или внезапной попытки побега обитателей клеток.
В груди Файнда нарастал гнев, желание схватить Клазсума и свернуть ему шею росло с каждым шагом. Но он сдержался, хотя и считал, что ни работорговец, ни охранники не заслуживают ещё одного дня жизни. Если Файнд затеет драку, охранники, скорее всего, выстрелят, и многие в клетках, включая его женщину-человека, могут пострадать. Но это не мешало Файнду продолжать представлять, как убивает Клазсума голыми руками.
Практика продажи инопланетян была варварской и жестокой, а рабовладельцы — худшим из всех мерзавцев. Но вот он здесь — в палатке, собирается купить раба у тех самых работорговцев, которых ненавидел. Файнд сглотнул подступающую к горлу желчь и сказал себе, что он лучше рабовладельцев и лучше работорговцев вроде Клазсума, ведь купленная им человеческая женщина больше не будет рабыней.
Хотя в каком-то смысле она ею останется.
Он планировал спариться с ней и забрать на Новый Вакс. Она не сможет уйти. Понравится ей это или нет, она станет его парой и будет жить на его планете до конца своих дней. Файнд тихо выругался и последовал за Клазсумом вдоль ещё одного ряда клеток, пока наконец они не добрались до последнего загона в проходе.
Затем он увидел её. Человеческую женщину, которая станет его парой.
У него перехватило дыхание.
Она была маленькой. Поджав колени к груди, она дрожала, глядя на него сквозь прутья решетки широко раскрытыми голубыми глазами. Она была голой, и её физиология явно не приспособлена к холоду Беши.
Длинные золотистые волосы обрамляли её лицо, шёлковые локоны волнами ниспадали на плечи. Она моргнула и отпрянула к стене клетки, страх в её взгляде усилился. Сердце Файнда сжалось, а ярость наполнила вены.
Как они смеют держать её в таких условиях, даже не дав одеяла? Он мог только представить, как она замёрзла за ночь, и надеялся, что она не пробыла в этой палатке долго.
С рычанием, сердито взглянув на Клазсума, он сорвал с себя куртку и опустился на колени перед клеткой.
— Привет, малышка, — сказал он на общегалактическом. Он поднял куртку, чтобы женщина увидела, а затем просунул её сквозь прутья, держа перед собой, ожидая, когда она примет подношение. — Это тебе. Пожалуйста, надень. Я знаю, тебе, должно быть, холодно.
Её испуганные голубые глаза встретились с его, и она с трудом сглотнула. Сначала он не думал, что она возьмёт куртку, но после его ободряющего кивка она неуверенно наклонилась вперёд и протянула руку. В её глазах мелькнуло подозрение, и она двигалась медленно, словно опасаясь, что он без предупреждения схватит её через прутья.
— Никаких уловок, малышка. — Он пристально смотрел на неё, запоминая оттенок её голубых глаз, так непохожий на привычный зелёный цвет вакслианцев. Он мог бы облететь всю вселенную, увидеть все океаны и озера, и всё равно не найти оттенка голубого столь же прекрасного и чистого, как глаза его будущей пары. — Пожалуйста, возьми, — сказал он. — Я хочу, чтобы тебе было тепло.
Хотя подозрение всё ещё пылало в её завораживающем взгляде, она глубоко вздохнула и стала наклоняться всё ближе и ближе, пока её пальцы не сомкнулись на куртке. Файнд отпустил её, и как только женщина её схватила, тут же отпрянула, словно всё ещё опасаясь подвоха. Он наблюдал, как она быстро надела одежду, просунув руки в слишком большие рукава и обернув её вокруг своего хрупкого тела.
Ему хотелось обнять её, прижать к себе, чтобы никто больше не причинил ей вреда. Внезапная мысль поразила его. Он давно не общался с женщинами и уж тем более давно не питал к ним нежных чувств. Но желание защитить её и одарить своей лаской нахлынуло, согревая.
Клазсум прочистил горло:
— Вы готовы обсудить цену?
Файнд вскочил на ноги, схватил работорговца за руку и грубо оттащил от женщины. Он надеялся завершить сделку, чтобы она не услышала. Двое стоявших неподалёку охранников приблизились, подняв оружие в знак предупреждения.
С рычанием Файнд отпустил Клазсума и полез в карман за оррхованскими драгоценностями. Он передал весь мешок работорговцу.
— Думаю, этой суммы будет более чем достаточно. Открой клетку. Теперь она моя.
***