Женщина, которая создала Эйнштейна. Забытая история Милевы Марич: читать начало книги онлайн

Она не отнимает руку. Просто сидит тихо.

– Я серьезно к тебе отношусь, – говорит он. – Ты понимаешь это?

– Понимаю.

– И ты… тоже?

Милева молчит секунду. Потом кивает.

– Да. Тоже.

Он хочет поцеловать ее. Но в лаборатории большие окна. Любой может увидеть. Милеву исключат. Ее годы учебы пропадут.

Поэтому он просто сжимает ее пальцы. И возвращается к формулам.

Но теперь они оба не могут сосредоточиться.

Такими были их встречи. Украдкой. Между лекциями. В пустых аудиториях. В библиотеке, когда вокруг никого. На прогулках за городом, где их не знали.

Они обсуждали работы Герца по фотоэффекту. Спорили о теории Планка. Читали вместе статьи Лоренца.

А между этим – Альберт пишет ей стихи. Плохие стихи, надо признать. Он сам смеется над ними. Но Милева их хранит.

Он играет для нее на скрипке. Моцарта. Бетховена. Они сидят в его маленькой комнатке, которую он снимает недалеко от университета. Милева слушает. А потом они снова говорят о физике.

Для других пар романтика – это рестораны. Цветы. Прогулки под луной.

Для них романтика – это споры о природе времени. Это совместное решение задач. Это письма, где между “я люблю тебя” втиснуты тензорные исчисления.

Странная любовь. Но искренняя.

“Ты моя Долли”: тайная переписка влюбленных студентов

Каждое лето они расставались. Милева уезжала в Сербию к родителям. Альберт – в Германию или Италию.

И начиналась переписка.

Сохранилось больше пятидесяти писем Альберта к Милеве. Часть ее писем потеряна. Но то, что осталось, дает полную картину.

Вот фрагмент из письма Альберта, август 1899 года:

“Моя дорогая Долли! Как же мне тебя не хватает. Сижу здесь и думаю о том, что мы обсуждали перед твоим отъездом. О теории Больцмана и статистической механике. Я пришел к выводу, что его подход правилен. Но требует уточнения в части…”

Дальше две страницы формул.

А потом:

“Скучаю безумно. Считаю дни до твоего возвращения. Твой Альберт.”

Или вот письмо Милевы, сентябрь 1899 года:

“Мой дорогой Йонцель…” – так она называла его, сербское уменьшительное от Йоханнеса, его второго имени. – “Твои рассуждения о молекулярных силах интересны. Но ты упускаешь один момент. Если принять гипотезу о дискретности энергии…”

Страница математических выкладок.

И в конце:

“Целую тебя. Твоя Долли.”