Физика и нежность. Формулы и чувства. Так выглядела их любовь.
В письмах Альберт часто использовал фразу “наша работа”. Не “моя работа”. Именно “наша”.
“Я думаю, наша работа по молекулярным силам даст хорошие результаты.”
“Нужно доработать нашу теорию капиллярности.”
“Когда вернешься, продолжим наши исследования.”
Эти письма – прямое доказательство того, что Милева была не просто его подругой. Она была его коллегой. Соавтором. Партнером в научной работе.
Но позже, когда Альберт станет знаменитым, он никогда не упомянет ее вклада. Скажет, что работал один. Что идеи принадлежат только ему.
А письма? Их спрячут. Большую часть уничтожат. И только через много лет после смерти обоих исследователи найдут эти свидетельства.
Пока же – лето 1899 года. Милева сидит в родительском доме в Сербии. Читает очередное письмо от Альберта. Улыбается.
И берет перо, чтобы написать ответ. С формулами. С поправками к его выводам. С любовью.
Родители против: почему семья Эйнштейна ненавидела Милеву
Осень 1899 года. Альберт едет домой в Германию. К родителям. Он не видел их больше года. И решает рассказать о Милеве.
За ужином он говорит матери:
– У меня есть девушка.
Паулина Эйнштейн, мать Альберта, поднимает голову от тарелки.
– Девушка? Кто она?
– Студентка. Учится со мной на одном курсе. Милева Марич.
– Марич? – Паулина морщит нос. – Славянская фамилия?
– Она из Сербии.
Лицо матери каменеет.
– Из Сербии. Значит, православная.
– Мама…
– И, наверное, бедная?
– Ее отец – чиновник. Они не богаты, но…
– Не богаты, – повторяет Паулина. – Альберт, ты понимаешь, что говоришь? Иностранка. Православная. Бедная. И ты хочешь с ней связать свою жизнь?
– Я ее люблю.
– Любовь! – Паулина всплескивает руками. – В твоем возрасте все кажется любовью. Через год забудешь о ней.
– Не забуду.
Отец Альберта, Герман Эйнштейн, молчал все это время. Но теперь вмешивается.
– Сын, твоя мать права. Нужно думать о будущем. Ты еще не закончил учебу. У тебя нет работы. Нет денег. О какой женитьбе может идти речь?