Угол атаки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Посторонись, Михайловна! Не закрывай солнца!

Борщева погрозила пальцем Шмакову, и он угомонился, по чему Ната заключила: эта женщина не зря произведена в офицеры.

Едва Галина Михайловна повела кверху руками, зрители затихли. Нате показалось, будто «Галчата» запели в голубом небе. Вначале едва уловимо, словно где-то очень высоко, выше гор, потом опустились. И вот уже детские голоса будто раскатились по земле, по сухой осенней траве, под крыльями самолетов — нежные, звонкие, чистые, как небо.

Галина Михайловна неуклюже помахивала на виду у детей расслабленными пальцами. И неожиданно запела вместе с ними:

Кто-то под крылом ЯКа, на котором сидела Ната, начал подтягивать. И еще где-то на флангах стоянки самолетов тоже подхватили песню про казака Голоту. И потом все подхватили припев.

Ната тоже запела, но скоро смолкла, незаметно удалилась и вышла к стартовому командному пункту, туда, где стоял Анохин, и не увидела, пожалуй, самого интересного, самого волнующего. Того, как Старчаков вскочил на грузовик, как он обнимал детей, своих и чужих, и поцеловал Галину Михайловну. А Тюрина потом с ответным поцелуем озорно крикнула, обращаясь к зрителям: «Мировой у вас комиссар, соколы!»

Анохин, похоже, концерт вообще не слушал. Он теперь совещался о чем-то серьезном, поняла Ната, с комэской. Они прохаживались метрах в двадцати от стола руководителя полетов. Говорил чаще Анохин с той горячностью, с какой он Нате вчера объявил: «Сами тут развлекайтесь как хотите, черт с вами!»

Если бы Ната знала, о чем совещался Анохин с Парамоновым и как нелегко было им при каждой встрече возвращаться к одному и тому же разговору о выпускниках школы, к разговору, поднятому Иволгиным, она не стала бы подходить к Анохину со своим неотложным вопросом. Не стала бы ждать, когда Анохин освободится, несмотря на то, что он ей сейчас был очень нужен.

После вчерашнего Нате не хотелось больше ни минуты оставаться в квартире полковника. Она не знала, куда деваться от стыда, и сегодня к утру твердо решила: не ехать ни в какую там долину. Как только поднимется Валюха, собрать свои вещички и бежать куда угодно. Евгений Александрович звал ее на всю жизнь. А она?..

«Прогнал и хорошо. Ну и прекрасно! — повторяла Ната, дожидаясь, когда Анохин освободится. — Ну и хорошо. Это даже к лучшему». Ната шла просить Анохина устроить ее у летчиков в должности фельдшерицы. И уже не жалела, что послушалась утром Ильиничну. Это старуха уговорила Нату ехать в долину. Ильинична, кажется, обо всем догадывалась. Проводив рано утром сына, она подсела к Нате. Та лежала в постели, осунувшаяся, с сухими от бессонницы глазами.

— Сон мне, Наталья, приснился, — начала с материнской строгостью, — будто вы с Евгением поженились. Только чего-то не по-людски. Украдкой от всех. И так мне было больно за вас!.. Но я дурным снам не верю, — поспешила Ильинична успокоить Нату, заметив, что она отвела в сторону взгляд. — Не верю, нет. — И захлопотала: — Господи! А чего же ты до сих пор лежишь? Евгений обещал прислать за вами машину. Поезжайте с Валюхой, непременно поезжайте слушать «Галчат». Я их слушала. Со слезами слушала. Вот уж поют… Вставай, Наталья. В дороге развеешься. На тебе лица нет. — И поплелась будить Валюху. А потом сама, собирая их в дорогу, весело сказала: — Подышишь, Наталья, горным воздухом и поправишься. Много ли молодому надо.

Анохин ее заметил и подошел сам.

— Понравился концерт, Наталья Валентиновна?

То, что Анохин начал с этого, насторожило Нату и обрадовало. Поблагодарив за предоставленную возможность послушать «Галчат», она сама напомнила о вчерашнем с намерением не сковывать себя в дальнейшем разговоре ожиданием того, что он ей напомнит.

— Я вчера без вас, правда, выпила. Вот и…

— Нет, это неправда! — строго прервал Анохин. — Но об этом поговорим дома, — добавил он уже ласково. — И о многом другом. Хорошо, Ната?

В ней что-то дрогнуло от его ласковости, горячо подступило к горлу. Ната замолчала, раздумывала, как ответить, чтобы не обидеть его и не унизить себя.

Все решил близкий выстрел из ракетницы и голос Парамонова.

— По-о самолета-ам!

Ната испугалась: сейчас улетит и Анохин. Улетит, не выслушав, с чем она шла к нему. И решит: Брагина тут, в степи, лишь затем и искала с ним встречи, чтобы узнать, как теперь полковник настроен к бедному отставному солдату.

Скороговоркой изложив свою просьбу, Ната тяжело перевела дыхание и спокойно стала пояснять, почему она решила остаться в долине.

— На старте нужен фельдшер. А у меня… Вы ведь, Евгений Александрович, знаете…

— Медицинские курсы, — понимающе кивнул Анохин. — Однако фельдшеров подбирает начмед, Ната.

— А вы начальник школы. Ваше слово закон тут для всех.

Анохин натянуто заулыбался:

— Хорошо. Поговорим дома.

— Сейчас, товарищ полковник. Не хочу снова штурмовать зубастые ущелья.

— А как ваше бегство воспримет Ильинична? — поспешно спросил он, не найдя слов более убедительных.

Ната заколебалась, потупила взгляд. Но Анохин, занятый своими мыслями, не заметил этого. И Ната, помедлив, сказала:

— Ваша мама добрая. Она все поймет. Я ей напишу.