Он убрал со своего лица улыбку и поинтересовался:
— Помощь нужна?
Я махнул рукой.
Слизнул скользнувшие по коже капли крови.
— Нормально всё, — ответил я. — Размялись немного. Все живы. У тебя-то что случилось?
Я посмотрел Андрею в глаза.
Студеникин дёрнул плечом.
— Ничего не случилось, — сказал он. — Вот…
Андрей показал мне картонную карточку (размером с пачку сигарет) — новенький пропуск в общежитие. Я увидел на пропуске чёрно-белую фотографию. Лицо на фото показалось мне знакомым.
— Кореец пропуск в общагу потерял, — сообщил Студеникин. — Парни нашли его и принесли мне. Знают, что я с Корейцем работаю.
Андрей кивнул на дверь моего соседа.
— Кореец сейчас работает, — сказал он. — Вернётся утром. А я утром буду… не в форме. Спать буду. Наверное. Так что…
Студеникин дёрнул плечом и протянул пропуск мне.
— Передашь? — спросил он.
— Конечно.
Я взял в руки пропуск и взглянул на фото Сергея Верещагина (Корейца). Пробежался взглядом по надписям на пропуске. Узнал, что Верещагин сейчас числился студентом группы ГТ-1–93: третьекурсником.
— Кореец учится на третьем курсе? — спросил я.
— Восстановился, — сказал Андрей. — В этом году.
— Я думал, что он уже на пятом. А то и вообще: в аспирантуре.
Студеникин усмехнулся.
— Серёга уже второй раз на третьем курсе, — сказал Андрей. — Не доучится и теперь. Стопудово. Он поступил сюда ещё при Союзе. После армейки, как и ты. В следующем полугодии опять академку возьмёт. У него это будет третья академка, насколько я знаю. Мы его называем «вечный студент».
Студеникин покачал головой и заявил:
— Готов поспорить, что ты, Сержант, окончишь универ раньше, чем он. Если Кореец вообще тут доучится. Ему от универа нужна только общага и прописка. В основном, конечно, прописка: ради неё он сейчас и восстановился. Поставит ещё на два года штамп в паспорте и снова на учёбу забьёт.
— Забьёт? — сказал я. — Ему два года до диплома бакалавра осталось.
Андрей махнул рукой.
— На кой чёрт ему этот диплом? — сказал Студеникин. — Чтобы поехать домой и забуриться в шахту? Сомневаюсь, что он свалит из Москвы. Он сам мне говорил, что именно в Москве все деньги страны сейчас крутятся. Знаешь, сколько бабла он тут поднимает? Нам с тобой столько и не снилось.
— Зачем тогда он живёт в общаге?
— Понятно, зачем: экономит. Баксы копит. Соберёт приличную сумму и запустит в Москве бизнес. Думаю, что до этого недолго осталось. Станет наш Кореец «новым русским». Нового мерина себе купит. И офис в центре Москвы откроет. Может, и нас к себе на работу возьмёт. По старой памяти, так сказать.
Андрей вздохнул и заявил:
— Бери с него пример, Сержант. Кореец не пьёт, не курит, деньги не спускает. Да ещё и вкалывает, как проклятый. Я слышал: у него нехилые связи среди братков есть. Думаю, потому для нас и есть работа на товарке. Сами бы мы её не получили. Кореец, наверняка, отстёгивает от своей доли кому следует.