Мы с Ахмедом выходим, оставляя их наедине. Садимся за столик в общем зале, заказываем чай.
— Как думаешь, о чем они говорят? — спрашиваю я.
— Не знаю, — Ахмед качает головой. — О прошлом. О будущем. О том, что уже не исправить.
— Ты веришь, что он раскаялся?
— Не знаю, — повторяет он. — Но он попросил о встрече. Он мог просто сбежать, рискнуть. Но не стал. Ради них.
Через полчаса дверь кабинета открывается. Лейла выходит, ведя детей за руки. Глаза у нее красные, но на лице — какое-то новое выражение. Облегчение? Покой?
— Он просил передать спасибо, — говорит она тихо. — Вам обоим.
— Что теперь будешь делать? — спрашивает Ахмед.
— Жить, — она слабо улыбается. — Впервые в жизни — просто жить. Детей растить. Работу искать. У меня ведь ни профессии, ничего. Отец не дал.
— Я помогу, — говорит Ахмед. — Работа найдется. И жилье.
— Спасибо, — она смотрит на него, потом на меня. — Спасибо вам обоим. Если бы не вы...
— Если бы не мы, ничего бы и не было, — перебиваю я. — Но теперь есть. Иди. Живи.
Она кивает, забирает детей, уходит. Я смотрю ей вслед и чувствую, как отпускает последнее напряжение. Последний узел развязан.
Мы едем домой. За окном уже вечер, горы подсвечены закатным солнцем. Ахмед ведет одной рукой, второй сжимает мою ладонь.
— Устала? — спрашивает он.
— Нет. Странно... но нет. Спокойно.
— Потому что все закончилось, — говорит он. — По-настоящему.
— Да.
Дома нас встречает Аниса. Она бросается на шею, обнимает, целует.
— Мама, папа! Я соскучилась! Вы долго!
— Мы тоже соскучились, солнышко, — я прижимаю ее к себе. — Как ты тут?
— Хорошо! Мы с бабушкой лепили пирожки! И гуляли! И я видела барашков!
— Барашков?
— Во дворе у соседей, — поясняет Зарема. — Маленькие такие, пушистые. Аниса в восторге.
— Я хочу барашка! — заявляет дочь. — Мам, можно?
— Барашка? — я смотрю на Ахмеда.
— Купим, — смеется он. — Будет тебе барашек. Только не сейчас, а когда подрастешь немного.
— Я уже большая!
— Большая, — соглашаюсь я. — Но барашек требует ухода. Нужно кормить, поить, гулять. Ты готова?
Аниса задумывается. Потом важно кивает.