Проходит всего несколько минут, и мы уже припаркованы у закрытой витрины магазина. Истон глушит двигатель, вынимает ключ из замка и тянется за спинку сиденья. Оттуда он достает выцветшую армейскую куртку цвета хаки и молча протягивает ее мне, после чего выходит из машины.
Собираясь в спешке, я совершенно не подумала о том, какая весна в Сиэтле по сравнению с техасской. Виню во всем недосып, следствие наваждения, в которое я впала с того самого момента, как открыла цепочку писем между нашими родителями. Перед отъездом из Остина я перекинула файл на ноутбук, и к тому времени, как приземлилась в Сиэтле, успела прочитать почти два с половиной года их отношений. Это еще больше запутало меня в вопросе, почему они вообще расстались.
Любовь между ними была настолько очевидной, настолько живой, что я ловила себя на том, как несколько раз едва не расплакалась, просто от ощущения утраты.
Я настолько глубоко растворилась в их мире, что почти не помню, как заселялась в отель. Даже не оглядев номер, бросила чемодан и уставилась в потолок, прежде чем провалилась в сон всего на несколько беспокойных часов. Чувствуя себя такой же безумной, как и поступки, на которые иду, проснувшись, я поняла: выбора нет. Придется идти до конца с этим поспешным, продиктованным эмоциями планом.
Сейчас я всё так же не в себе, джетлаг накрывает в полную силу. Натягиваю протянутую куртку, тихо произнося «спасибо», и выхожу к Истону у заднего борта его пикапа. Мы молча трогаемся с места. Плотная ткань его куртки укутывает меня теплом, а от воротника тянет землистым древесным ароматом. Запах одновременно успокаивает и, кажется, почти божественным.
Позволив Истону идти впереди, я следую за ним по узкой улочке с чередой маленьких лавок, явно рассчитанных на туристов. В ней есть что-то открыточное, почти романтичное: солнечные лучи пробиваются сквозь цветущие кроны, мягко ложась на тяжелые ветви высоких деревьев, выстроившихся по обе стороны дороги.
Истон чуть замедляет шаг, будто сам любуется пейзажем, а затем сворачивает к тротуару, ведя нас мимо амфитеатра в Seattle Center[10], который остается слева. Над муралом, размером с экран кинотеатра, парит вид на Space Needle[11].
Остановившись, я на ходу делаю пару снимков на телефон, пока Истон целеустремленно идет чуть впереди. И именно в этот момент у меня появляется возможность рассмотреть его целиком. На вид — около метра девяноста, может, чуть больше. Узкие джинсы подчеркивают мощные бедра и сидят на нем идеально. Простая термокофта, сидящая по фигуре, облегает узкую талию, тянется по рельефной спине и дальше расходится по ширине плеч и выраженным бицепсам.
Мужчина явно следит за собой и находится на пике формы. Если судить только по внешности, его генетика делает его почти идеальным, до неприличия притягательным фронтменом.
Меня на мгновение буквально повело, когда в баре он снял шапку и темные, густые пряди упали чуть ниже ушей, подчеркивая темные ресницы и четкую линию челюсти. В движении его присутствие ощущается еще сильнее: резкий профиль и цепкий, притягивающий взгляд будто впиваются в меня каждый раз, когда он оглядывается, пока я его догоняю.
Проснувшись и собираясь на бегу, я нанесла на лицо лишь самый минимум. А он выглядит так, будто ему всё равно — этот небрежный, растрепанный образ сидит на нем так естественно, словно он с ним родился. А я выгляжу так, будто мне срочно нужен урок заботы о себе — разительный контраст с моим собранным, привычным образом дома. И я не могу по-настоящему злиться на себя за то, что сегодня проспала. У меня нет ни малейших сомнений, появись я в баре в каком-нибудь деловом прикиде, я получила бы от него куда меньше тех пяти минут, которые он изначально был готов мне уделить.
Всего через несколько быстрых шагов мы оказываемся у входа в Chihuly Garden and Glass[12]. Я еще не успеваю достать карту, чтобы оплатить билет, как Истон уже убирает бумажник обратно в карман джинсов, держа два билета в руке. Свое недоумение по поводу того, зачем мы здесь, я без труда прячу и просто иду за ним. День вышел из-под контроля ровно в тот момент, когда я села в его пикап.
Через несколько минут мы входим в затемненный зал, в центре которого сияет подсвеченная стеклянная инсталляция. Истон отходит в сторону, пропуская тех, кто заходит следом, и оставляет между нами и щелкающими камерами посетителей приличное расстояние. Он молча смотрит на море разноцветного выдувного стекла. Остановившись ближе к задней стене зала, я какое-то время подыгрываю тягучей тишине, прежде чем всё-таки решаюсь заговорить.
— Ладно, ты свое доказал. Ты человек немногословный, — шепчу я. — Так зачем мы здесь?
— Я не был здесь с детства, — задумчиво отвечает он, будто говорит вслух для себя, а не реагирует на мой вопрос.
— Хорошо. Тогда зачем я здесь?
— Ты впервые в Сиэтле.
Не вопрос, а утверждение. И то, чего он вроде бы не должен знать, но что я сама сделала слишком легко вычисляемым. Сейчас я определенно не выспавшаяся, потерянная и эмоционально разбитая из-за открытия о прошлой жизни отца и собственного обмана. И всё же я упрямо пытаюсь вернуть себе хоть каплю контроля. Стоит этой мысли мелькнуть, и я чувствую, как остатки энергии утекают еще быстрее.
— Тогда дальше по маршруту Space Needle[13]? А потом Pike Place Market[14]? — усмехаюсь я, прекрасно зная самые затоптанные остановки для приезжих.
Он кивает в сторону стеклянной инсталляции.
— Ты правда считаешь, что это не стоит своих денег?
В его глазах вспыхивает искреннее восхищение, когда он переводит взгляд на меня.
— Не знаю. Я за это не платила. Но спасибо, кстати… и это действительно красиво, но…
— Но?
— Но я не собираюсь писать хвалебную заказуху, Истон.
— А ты сейчас вообще что-нибудь пишешь?
Я резко отвожу взгляд.
Он продолжает смотреть на мой профиль, пока я прикусываю губу и засовываю руки в карманы его куртки. Нащупываю зажигалку, английскую булавку и вытаскиваю упаковку. Двойной комплект презервативов LELO — LELO HEX XL[15]. Я вскидываю глаза на него. Его выражение не меняется ни на йоту, пока я торопливо запихиваю упаковку обратно в карман.
— Поздравляю, — бурчу я сухо, закатывая глаза, и тут же снова перевожу взгляд на ярко подсвеченную стеклянную композицию.
Мы еще несколько секунд стоим в тишине, прежде чем я снова решаюсь заговорить.
[10] Культурный комплекс в Сиэтле с открытыми арт-площадками.
[11] Символ Сиэтла, смотровая башня 1962 года.
[12] Музей стеклянного искусства в Сиэтле, посвященный работам Дейла Чихули.
[13] Знаменитая смотровая башня — символ Сиэтла.
[14] Старейший общественный рынок города, одна из главных туристических точек.
[15] LELO HEX XL — презервативы увеличенного размера от бренда LELO (премиальный бренд товаров для интимной жизни.