— Не тяни.
— Я и не тяну. Она — дочь одного из друзей моего отца. У него здесь, в Далласе, студия. — Он смотрит на меня настороженно. — Хочешь всю правду?
— Да.
— Мы раз потрахались, когда мне было девятнадцать, она была потенциальным вариантом для вечеринки, но я обрубил всё, как только она появилась прошлой ночью.
Я сглатываю, злясь на то, что оказалась права насчет их общего прошлого.
— Я не стал отменять приглашение после того, как уже пригласил ее. Но и намека на то, что между нами что-то будет, я ей не дал. Я просто был… чертовски зол. Но еще до твоего приезда я ясно дал ей понять, что жду кое-кого другого.
— Какой джентльмен, — язвлю я.
Он медленно скользит пальцами по светлой линии загара на моей шее — ласково, успокаивающе, но его слова всё равно жгут.
— Прости, если тебя это задело.
— Меня бы задело куда сильнее, если бы ты сейчас мне врал.
— Уверена? — он приподнимает бедра, слегка встряхивая меня. — А выглядишь ты довольно обеспокоенной.
— Заткнись.
— Я никогда не буду тебе врать, Натали.
— Я знаю. И мне это в тебе нравится.
— Я сказал тебе еще вчера: всё, что за той дверью, никогда не сравнится с тем, что я чувствую по эту сторону двери — с тобой. И я не бросаю слова на ветер. — Он сжимает мои бедра, заставляя смотреть на него. — Я никогда так не ревновал, чтобы меня тянуло на насилие. Так что поздравляю, Красавица. Чад меня конкретно, блядь, выбесил.
— Ну, он довольно быстро понял, что между нами происходит. Думаю, это говорит само за себя. Но давай договоримся: правило «никаких бывших в радиусе десяти миль».
— Давай сразу, мать его, сто!
— Меня устраивает. Хотя в моем случае тебе вообще не о чем переживать, у меня нет бывшего.
— У меня тоже.
— Ну что ж, — я ухмыляюсь. — И во сколько вообще обходится такая шикарная вечеринка?
— Не заморачивайся об этом.
— Ой, — я хихикаю и щипаю его за бок. — Ты опять собираешься строить из себя загадочного из-за денег?
— Нет. Но ты и так на грани побега, так что я тебе ни хрена не скажу.
— Тридцать тысяч?
Он делает каменное лицо.
— Сорок?
— Это вообще не важно. Оно стоило каждой, блядь, копейки. Ты что, не заметила, каким я был убитым?
— Я была слишком занята тем, чтобы не перепрыгнуть через диван с голыми бабами и не выцарапать тебе глаза.
Его взгляд блуждает по мне, он смещает бедра, и я чувствую, как подо мной твердеет его член.
— Я заметил твое любопытство в ту же секунду, как ты поднялась по лестнице. Видел, как тебя это зацепило, — он приподнимается и накрывает ртом мой сосок, шумно втягивая его, прежде чем отпустить, — как ты начала возбуждаться.