— Я говорил, — произнёс он тихо. — Я предупреждал.
— Я пила чай, — выдохнула Валерия. — Не яд в чистом виде.
— Для тебя — одно и то же, — отрезал Рейнар.
— Для меня — нет, — резко сказала она. — Потому что если я начну подозревать каждую чашку, я начну подозревать каждого человека. А приют на подозрениях не держится.
Рейнар перевёл взгляд на Грету.
— Кто заходил на кухню?
Грета ответила сразу, не моргая:
— Мастер Вельт. Травник. Ругался.
Рейнар кивнул.
— Шэн!
Капрал появился у двери, как будто его позвали не голосом, а железом.
— Да, господин генерал.
— Возьми двоих. Найти мастера Вельта. Привести. Живым.
— Есть.
— И ещё, — Рейнар холодно улыбнулся. — Если он попытается исчезнуть — ломай ноги. Потом лечить будут.
Валерия кашлянула — не от смеха, от ужаса, насколько спокойно он это сказал.
— Не надо ломать, — хрипло сказала она. — Мне нужны ответы, а не труп.
— Мне нужны твои живые легкие, — так же спокойно ответил Рейнар. — А ответы я вытряхну, как умею.
— Я умею вытряхивать иначе, — сказала Валерия. — Без крови.
Рейнар повернул голову к ней медленно.
— Ты всё ещё думаешь, что это игра в протоколы.
— Я думаю, что если мы начнем ломать ноги, у нас завтра будет не приют, а бойня, — отрезала Валерия. — И Тис только этого ждёт.
Рейнар на секунду замер, потом резко выдохнул — коротко, как человек, который признаёт неприятную правду.
— Хорошо, — сказал он. — Ломать не будем. Пока.
Грета хмыкнула так, будто “пока” ей не понравилось.
— Лис, — Валерия повернулась к парню. — Докажи, что в чае яд. И докажи, что это не “мои нервы”.
Лис кивнул, как солдат, и метнулся к осколкам чашки.
Рейнар посмотрел на него, потом на Валерию.
— Почему запах палёного сахара? — спросил он тихо.
Валерия почувствовала, как по коже снова побежали мурашки.