Именно это было самым тревожным.
Вечером Вера вернулась к эскизам.
Мастерская встретила её тишиной и знакомым запахом бумаги, пыли, старой краски. Здесь она чувствовала себя в безопасности. Здесь свет подчинялся ей. Почти всегда.
Она разложила новые листы и начала рисовать – не проект, не клинику. Линии выходили резкими, обрывались, снова соединялись. Это были не формы, а состояния. Руки двигались быстрее мысли.
И вдруг – провал.
Не резкий. Мягкий, как будто кто-то выключил часть изображения. Вера замерла, стилус завис в воздухе. Она моргнула. Ещё раз.
Фокус вернулся, но не полностью. Линия перед глазами двоилась.
– Чёрт, – прошептала она.
Она положила стилус и прижала пальцы к вискам. Дыхание стало поверхностным. Сердце билось быстрее. Она знала этот симптом. Он приходил редко, но каждый раз напоминал: времени меньше, чем кажется.
Вера досчитала до десяти, концентрируясь на ощущениях: пол под ногами, холод стола, шум за окном. Постепенно мир снова стал цельным.
Она села на стул и закрыла глаза.
Артём.
Почему именно он оказался в этой точке её жизни? Почему клиника, свет, прошлое и этот человек вдруг сплелись в одну линию?
Она вспомнила его взгляд в лифте. Его слова: «Только на те, которые могут что-то изменить».
Он знал. Не всё – но достаточно, чтобы бояться.
Вера открыла глаза и посмотрела на папку с документами. Она давно не трогала её. Сегодня – не планировала. Но рука сама потянулась.
Она открыла папку и снова увидела знакомые строки. Медицинские термины. Даты. Подписи. Всё выглядело сухо, безэмоционально. Но между строк жила история, которую ей никто не рассказал вслух.
– Я близко, – сказала она себе. – Я почти рядом.
Она закрыла папку и убрала её в ящик. Не сегодня. Но скоро.
Поздно вечером Артём вышел из клиники.
Небо было тёмным, город светился огнями. Он шёл пешком, хотя обычно ехал на машине. Шёл, потому что движение помогало не думать – или, наоборот, думать честно.
Он вспомнил, как Вера сказала: «Иногда ответственность – это просто способность не отвернуться».
Он ненавидел такие фразы. Потому что они оставались.
Он остановился на перекрёстке и посмотрел на свои руки. Те же самые, которые сегодня спасли человека. Те же самые, которые отдёрнулись от случайного касания.
Что было страшнее?
Ответ ему не понравился.
Телефон снова завибрировал. Сообщение от того же неизвестного номера.
«Вы приняли решение. Теперь примите разговор. Завтра. Кофейня у клиники. 13:00».
Артём долго смотрел на экран, прежде чем ответить.
«Хорошо».