История социальной мысли в Исламе: читать начало книги онлайн

Спенсер – самый выдающийся ученый, подробно изложивший вопрос о сходстве общества с живым организмом. Он убежден в наличии шести аспектов сходства и трех аспектов отличия между этими двумя понятиями. Можно сказать, что среди мусульманских ученых Фараби более других при описании идеального добродетельного общества увлекался вопросом сходства общества с живым организмом. Описывая подобное сходство, он был убежден, что между элементами общества и частями живого организма имеется много противоречий и отличий и в пирамиде бытия они наделены определенной иерархией. В каждой из этих пирамид (общества и организма. – М.М.) бытия всегда найдется элемент, который будет стоять на вершине. То есть является главой (ра`ис), ведущим, а не ведомым. А на самой низкой ступени стоит элемент, который будет слугой (обслуживающим), а не хозяином. Каждая ступень этих двух иерархий находится в соответствии с другой ступенью и выполняет свои обязанности, согласно воле вышестоящей ступени.

Фараби утверждает, что органы и элементы тела с точки зрения их силы и врожденной природы являются разными. Один из органов – сердце является главным, а другие органы находятся на различных после него ступенях важности. В природе каждого органа заложена сила, посредством которой он, согласно велению главного органа, выполняет свойственные ему обязанности. На второй ступени также находятся элементы, которые своими силами выполняют действия, согласно велениям элементов вышестоящей ступени; и так до той ступени, которая связана с главной напрямую. Элементы этой, последней ступени являются только обслуживающими и ни в коем случае не обладают главенствующим положением.

Аналог этой иерархии существует и в обществе. Индивиды также по своей природе и врожденным качествам бывают разными. В обществе один из индивидов является главой (ра`ис), и определенные индивиды близки ему по иерархии. У каждого из них наличествуют качества и навыки, посредством которых он осуществляет намеченные главой действия. Они принадлежат к первой (сверху) ступени. После них идет группа, которая совершает дела по усмотрению первой ступени. Эта группа стоит на второй ступени. После них следует друга ступень, выполняющая работу, согласно указаниям второй ступени. И данная иерархия сохраняется вплоть до самой низкой ступени, которая выполняет действия согласно велениям вышестоящей ступени. Индивиды этой группы только обслуживают других, их же обслуживанием никто из членов общества не занимается[69].

Фараби основное отличие между обществом и живым организмом видит в том, что индивиды в обществе выполняют свои обязанности на основе знания, мыслей и идей, при наличие у них свободы выбора. А части организма лишены всякого сознания и воли, и выполняют свои функции естественным образом. Он пишет:

«Части организма являются естественными, и их качества также наделены естественными [не волевыми] силами. Члены общества также являются частью естества, но тем не менее качества и навыки, посредством которых они выполняют свои дела, являются неестественными [и волевыми]»[70].

Во всяком случае, «сегодня социология смотрит на общество и на живые существа как на систему, то есть “целое” здесь состоит из взаимосвязанных и вместе с тем до определенной степени самостоятельных частей, стремящихся к достижению общей цели»[71]. Фараби также при рассуждении о действиях и функциях частей тела и схожести общества с ними рассматривает вопрос упорядоченности их функционирования. То есть каждая часть тела в существующем организме в зависимости от принадлежащей ей силы занята определенным действием, которое входит в круг его функций. В связи с этим Фараби пишет:

«Добродетельное общество подобно здоровому телу с целостными частями, все элементы которого находятся во взаимодействии для сохранения и завершения биологической жизни»[72].

Социальная патология

Вопрос социальных расстройств привлекал внимания ученых с древних времен. Мыслители, занимающиеся социальными вопросами, считали анализ этих расстройств и поиск путей их устранения своим долгом. «Социальная патология»[73] как наука начала формироваться не более 80 лет тому назад, но в произведениях древних авторов встречаются отдельные указания на социальные отклонения и ошибки. Эти взгляды особенно часто присущи тем ученым-социологам, которые уподобляют общество живому организму.

Фараби относится к числу тех ученых, которые уделяли этому вопросу особое внимание. Он считал общественного деятеля (мадани) врачевателем общества, а социологию (‘илм ал-мадани) – подобием медицинской патологии и способом лечения болезней общества. Хотя и нельзя полностью отождествлять предложенное Фараби ‘илм ал-мадани с современными вопросами изучения социальных патологий, тем не менее между ними есть много общего, что заслуживает отдельного рассмотрения.

Фараби, уподобляя общество живому организму и говоря о стабильности и здоровье этих двух начал, пишет:

«Так же как тело, здоровье которого означает сбалансированность его природы и натуры (мизадж), а недуг – отклонение от этой сбалансированности, здоровье и стабильность общества означает сбалансированность нрава его индивидов, а его болезнь равнозначна разнице в их нравственности»[74].

Признавая предположение о том, что общества тоже могут быть подвержены расстройствам и патологиям, ученый-социолог должен был размышлять о двух вопросах: а) кто может вернуть в общество былую стабильность и б) какая наука занимается изучением подобных проблем. Взгляд Фараби по первому вопросу сходен со взглядом Лилиана Фельда, по мнению которого, общество подобно организму человека, которому угрожает болезнь/подавление, а важным фактором для лечения подобного «заболевания» является правительство[75]. Фараби об этом пишет:

«Предотвращение социальных отклонений и защита добродетельных нравов и традиций не представляется возможным, кроме как посредством правительства, в свете действий которого эти традиции, обычаи, навыки и нравы были распространены среди населения городов. И данное правительство должно стремиться к тому, чтобы заинтересовать людей этими обычаями и навыками, чтобы они не были утеряны»[76].

Ответ Фараби на второй вопрос аналогичен ответу Канта. Кант был убежден, что общественные расстройства являются не чем иным, как социальной болезнью. Поэтому и вопрос их исследования следует возлагать на науку, подобную медицинской патологии, называя ее «социальной патологией»[77].

Фараби также, говоря об этом, пишет, что, когда аспекты натуры (мизадж) тела выходят из состояния равновесия, только врач может вернуть их в прежнее состояние и защитить больного. Аналогичным образом, когда нравы индивидов общества выходят из состояния сбалансированности, то только государственный деятель (мадани) может вернуть такое общество в стабильное состояние. Поэтому обязанности врача и государственного деятеля являются схожими. Они разнятся только по объекту своей профессии. То есть объектом деятельности государственного мужа является дух людей, а врача – их тело. Но так как дух – превыше тела, то государственный деятель также – важнее врача.

Примечательным является тот момент, что этические взгляды и ценности, оставаясь столь важными для Фараби, повлекли за собой примат личных вопросов над общественными. Хотя данное обстоятельство ни в коем случае не умаляет значимости его идей.

Социальная солидарность

В 1893 г. Эмиль Дюркгейм указал, что общественный порядок достигается на основе социальной солидарности. А общественная солидарность в примитивных и современных обществах разнится. В примитивных обществах она достигается на основе общих убеждений и сообразно знаниям и ценностям. Но развитие промышленности и возникновение нового и сложного общественного организма сводили на нет былую сплоченность и целостность обществ. По этой причине в новых обществах эффективной могла быть только такая органическая и монолитная сплоченность, которая образуется на основе разделения труда и на почве производственных связей и специализации работы в рамках новой экономики.

Через некоторое время данное воззрение было опровергнуто, не только другими социологами, но даже и самим Дюркгеймом. Парсонс утверждал, что анализ Дюркгейма относительно социального порядка в новом обществе, нуждается в предварительном наличии этического союза. Сам Дюркгейм также, рассуждая о социологических аспектах религии, высказал мнение о том, что новая социология нуждается в особом роде коллективной информированности, которая соответствует новым требованиям; а такая потребность, очевидно, основывается на теории Сен-Симона о новом христианстве.

Исламские ученые, вдохновленные своими научными и религиозными взглядами, убеждены, что устойчивая социальная сплоченность формируется на основе общих убеждений и является неизбежной. Но Фараби, рассуждая об общих убеждениях в рамках теории, основанной на благорасположения (любви) и справедливости, считает, что фактором возникновения общественной сплоченности является именно благорасположенность, а гарантом укрепления и обеспечения непрерывности этой сплоченности – соблюдение справедливости. Он пишет, что различные части и слои общества связаны и спаяны друг с другом посредством благорасположенности и дружбы; а сплоченность между ними и устойчивость этой сплоченности обеспечивается посредством соблюдения справедливости со стороны соответствующих лиц. Благорасположенность (мухаббат) в качестве фактора сплоченности бывает двух видов: естественная и волевая. Естественная благорасположенность подобна любви родителей по отношению к детям. А волевая благорасположенность (в зависимости от ее источников) подразделяется на три группы: любовь на основе участия в добродетели; любовь ради получения выгоды; любовь ради получения удовольствия. Благорасположение в обществе вначале проявляется в виде любви на основе участия в добродетели. А участие в добродетели достигается путем участия в общих взглядах и действиях. Взгляды, которых должны придерживаться жители добродетельного города для обеспечения прочной справедливости, состоят из веры в начало Творения, в конец Творения и в то, что находится между началом и концом Творения. Если все члены общества едины в своих взглядах на эти моменты и если это единство укрепляется делами, обеспечивающими людям счастье, то между членами общества возникнет чувство благорасположения.

На следующем этапе, поскольку члены общества живут рядом друг с другом, нуждаются друг в друге и приносят пользу друг другу, их взаимное чувство благорасположения будет расти. А на третьем этапе члены общества, будучи едины в своем стремлении участвовать в добродетели, приносят друг другу пользу и, естественно, всегда рады друг другу, что также способствует укреплению чувства благорасположения. В целом под влиянием этих трех «этапов благорасположения» в добродетельном обществе формируется социальная сплоченность[78].

Затем Фараби рассматривает вопрос о справедливости, которая является гарантом сохранности и устойчивости общества.

Виды обществ

Фараби разделяет человеческие общества на полные и неполные в зависимости от наличия или отсутствия самодостаточности. К полным обществам он применяет определенную количественную мерку: по степени распространенности населения на плодородных и обустроенных землях разделяет их на большие, средние и малые общества. Под «большим обществом» понимаются все народы мира, которые, объединяясь, сотрудничают друг с другом. Под «средним обществом» подразумеваются народы, которые собрались вместе и живут на обустроенной земле. А «малое общество» – это жители одного города, которые собрались на определенной территории одной страны.

К неполным обществам, с точки зрения Фараби, относятся люди, живущие в одном селе или городском квартале, на одной улице или в одном переулке, или члены одной семьи.

Поскольку полное общество не может по составу и количеству населения быть меньше города, минимальным условием для достижения людьми наивысшего блага является наличие городского общества. Основным объектом исследования Фараби является малое общество, то есть население города, который назван им «гражданским (или городским) обществом» (джами’а ал-мадани). С учетом цели, поставленной перед каждым из обществ, для осуществления которой люди объединились и сотрудничают друг с другом, Фараби разделяет городские общества на две общие категории – добродетельные и недобродетельные (в свою очередь, деля недобродетельное общество еще на нескольких типов). При этом он признает примат идейных и культурных вопросов.

Примечательным моментом является то, что, говоря о городском обществе как о полном обществе (что является следствием влияния греческих философов, особенно Аристотеля), Фараби тем не менее не преминул напомнить и о добродетельном сообществе единоверцев (умма) и добродетельном народе (милла). Данное обстоятельство свидетельствует о внимании Фараби к вопросу о неполном соответствии аристотелевского понятия городского общества (мадина) исламским сообществам, а также об отделении им властных структур от народа и признания приоритетности общества с точки зрения социологии.

Добродетельное общество

Добродетельное общество Фараби – это сообщество человеческих индивидов, которые отличаются взаимовлиянием и социальной сплоченностью. Индивиды общества, так же как и элементы природы, будучи относительно самостоятельными и индивидуально мобильными, на основе социальной сплоченности образуют единый порядок. Порядок в добродетельном городе подобно мировому порядку (в общем смысле) и порядку человеческого организма является самодостаточным, и индивиды находятся на различных ступенях его спиралевидной структуры, имеющей форму продольной иерархии. Достоинство каждого индивида зависит и от природно-индивидуальных факторов, и от приобретенных им поведенческих навыков и традиций. Глава общества назначает каждому индивиду подобающее ему положение (обслуживание или главенство/управление) с учетом двух упомянутых выше норм. Порядок в обществе начинается с первого главы (ра`иси аввал), который никому не служит и не подчиняется, и завершается последней (нижней) ступенью социальной пирамиды, которая состоит из таких людей, которые только служат, но никем не руководят. С точки зрения Фараби, глава общества играет в общественном порядке основную роль. И дела общества упорядочиваются на основе представления его главы о счастье. Первый глава представляет собой сердце общественной системы и союза индивидов общества. Члены общества считают главу примером для себя, образцом практического поведения, а распределение продуктов общественного труда регулируется в зависимости от степени близости и удаленности от него. Тем не менее индивиды пользуются самостоятельностью и свободой действия.

[69] Фараби, Абу Наср Мухаммад, Ара` ахлал-мадина ал-фадила («Трактат о взглядах жителей добродетельного города»), с. 118.

[70] Там же, с. 119.

[71] Та’рихчаи джами’ашенаси («Краткая история социологии»), с. 335.

[72] Фараби, Абу Наср Мухаммад, Ара` ахлал-мадина ал-фадила («Трактат о взглядах жителей добродетельного города»), с. 118.

[73] Social pathology.

[74] Фусул ал-мунтаза’а, с. 24.

[75] Бернс, Гарри и Бекке, Говард. Та’рихи андешайи иджтима’и («История социологической мысли»), т. 2, с. 379.

[76] Ихса` ал-‘улум («Классификация наук»), с. 108.

[77] Бернс, Гарри и Бекке, Говард. Та’рихи андешайи иджтима’и («История социологической мысли»), т. 2, с. 217.

[78] Бернс, Гарри и Бекке, Говард. Та’рихи андешайи иджтима’и («История социологической мысли»), т. 2, с. 70, 71.