Народ начал постепенно расходиться, кто-то обсуждал, как придёт сюда ещё раз вечером, чтобы потанцевать. Кит поискал глазами родителей и увидел, что они стоят около крайней избушки и разговаривают с Тихоном Карловичем, которого они знали с лета, когда решали, отпускать Кита или нет в поездку на раскопки. Алексей Петрович стоял неподалёку, рядом с Деметрой Ивановной, на которой сегодня была куртка с нарисованными цветами и красными птицами. Возле них скакала Гроза в новеньком ошейнике. Заметив Кита, она подбежала к нему и радостно запрыгала вокруг.
Кит подошёл ближе.
— Да, он недавно решил, что ему интереснее будет учиться в химикобиологическом, — говорил папа. — Я пока не до конца уверен, что это правильное решение. Но мы точно его поддерживаем! Всё же человек должен заниматься тем, что ему интересно, только тогда он может чего-то достичь. — Папа обернулся и заметил Кита.
— Я понимаю, что вам роднее история, — продолжила мама. — И это очень здорово, что вы вытащили летом детей посмотреть настоящие раскопки. Современные дети редко такое видят! Но вдруг вы знаете кого-то, кто мог бы позаниматься с ним химией и биологией?
Златогоров хмыкнул и посмотрел в сторону Семихвостова.
Кит вдруг вспомнил свой летний сон, где человек в очках укорял Златогорова, что тот читает лекции по медицине в нескольких городах одновременно, и ему стало неловко.
— Я подумаю! — невозмутимо ответил Тихон Карлович. — Но он сам должен хотеть заниматься!
Кит не знал, стоит ли отвечать — да, мол, он уверен. Ерунда бы какая-то получилась, и вообще он собирался сам спросить Алексея Петровича.
Пока разговаривали, снова пошёл небольшой снег.
Людей вокруг становилось всё меньше и меньше.
— До понедельника! — махнула рукой Яника. — Я на танцы не выберусь, бабушке надо будет помогать готовить. Они решили с дедом какую-то толпу знакомых и родственников завтра позвать.
— До понедельника!
Кит подошёл к Марату.
— Я тут это, подумал…
— Ага, — перебил его Марат, — я тоже хотел предложить вечером погулять здесь! Наверняка же тот, кто запихивает в снеговиков всякую хтонь, заинтересуется сегодняшней акцией.
Договорились встретиться через пару часов, и Кит с родителями медленно двинулись к дому.
— Хороший получился праздник! — восхищалась мама. — Как всё прекрасно организовали! И грамоты, и чай, и музыканты!
— И друзья у тебя весёлые! — радовался папа. — Отлично, что у тебя тут появились друзья. Мы с мамой волновались, когда переезжали, как ты будешь на новом месте. Всё же в начальной школе проще заводить друзей, чем потом.
На танцы родители не собирались. Завтра должны были приехать бабушка и Тётьлида, поэтому у мамы было поставлено тесто для пирога, папа собирался спокойно пообщаться с друзьями по видеосвязи, так что вечером Кит пошёл на пруд один.
Тихо падал снег, медленный, лёгкий. Кит двигался вдоль берега к тому месту, где всё ещё стояли палатки с чаем и играла музыка. Снеговики, сделанные днём, мирно стояли на льду. Никто не собирался их ломать. Гуляющий народ или проходил мимо, или радостно фотографировался рядом с зимними стражами. Омутов с Птичкиным ещё не ушли, снимали вечерних людей и снеговиков, то и дело останавливаясь поболтать с кучей знакомых.
В торговых избушках на этот раз суетились неизвестные Киту люди.
Кит сел на лавку и стал смотреть, как скрипач в чёрном пальто играет на скрипке, как падают сверкающие снежинки, похожие на мелкие стразы, которые недавно рассыпала под лампой Яника. Вот за скрипкой вступила золотая гитара и почему-то светло-изумрудный контрабас. Потом заиграл рояль. Рояль? Кит присмотрелся: нет, в невысоких кустах стоял не настоящий рояль, а синтезатор, над клавишами которого склонилась рыжеволосая девица в синей куртке.
На танцевальной площадке, освещённой разноцветными фонарями, топталось несколько пожилых пар. Но вот к музыкантам подошёл молодой парень, что-то сказал им — и вскоре заиграла совсем другая мелодия, более бодрая и современная.
На площадку высыпал народ помоложе, запрыгали дети, раздался чей-то смех.
Минут через десять пришёл Марат.
— Я, пока шёл от станции, посмотрел, но ничего интересного не заметил. У тебя, кстати, ловушки остались? Я все отдал Харлампычу, а он — Софии Генриховне. Но я оставил себе одну, пустую. Пойдём посмотрим, есть что-то в этих снеговиках? Вокруг них же сегодня крутилось море народа!
Несколько пустых ловушек у Кита осталось. И пара заполненных.
Они подошли к снеговикам.
— Хорошо, что ловушка похожа на простой шарик! — Марат достал телефон. — Если кто-то заинтересуется, всегда можно сказать, что мы делаем новогодние фотки!
Но ничего странного или постороннего в новеньких снеговиках не было. Кит сжал руками шарик, закрыл глаза и прислушался к своим ощущениям. Ему показалось, что если снеговики чем-то и наполнены, то только теплом: бесхитростной радостью, что скоро Новый год и каникулы; счастьем, что вся семья вместе; тихой благодарностью, что вот год прошёл и все целы, живы и здоровы; ликованием, что подарили собаку; уверенностью, что новая работа окажется интереснее старой… Это были эмоции и чувства очень разных людей, Кит это чувствовал, хорошие, светлые эмоции, не серые, не похожие на рой рассерженных мух или на туман с щупальцами.