И тут перед Китом пролетела маленькая красная птичка, словно приглашая его за собой. Кит бросился за ней. Через мгновение идти стало легче. Он огляделся. Слева был мраморный мостик. Впереди узенькая тропинка, старые ивы и пруд. Кит прошёл немного вперёд по тропинке, потом ещё немного по льду, но даже с этого места ему было видно, что снеговиков стало ещё больше. Они отбрасывали на лёд густые чёрные тени. Кит нащупал в кармане стеклянный шарик-ловушку и хотел было подойти поближе, но вдруг заметил Антошку.
Антошка бродил между снеговиками, чуть покачиваясь и делая руками какие-то странные пассы.
— Серая хмарь не спит! А я её раз — и поймал! Раз — и поймал! В комок скатал. Поймал, изловил и в клетку посадил!
Кит замер. Антошка стоял к нему спиной и как будто что-то запихивал в снеговика.
— А теперь, Никита, просто сделайте несколько шагов назад, — услышал он тихий голос Семихвостова. — На берег.
Кит оглянулся. На мраморном мостике стояли Златогоров и Семихвостов. На перилах сидела Гроза и вглядывалась в толпу снеговиков. Алексей Петрович осторожно снимал с собаки ошейник. Кит медленно попятился, не спуская глаз с Антошки.
Вдруг раздался лай и на лёд выбежала пятнистая собака. Антошка оглянулся и заметил Кита, потом перевёл взгляд на собаку. Тёмный комок под его рукой зашевелился, словно почувствовав, что тот, кто его держал, отвлёкся. Тени от снеговиков тут же стали ещё темнее и вдруг начали медленно двигаться, приближаясь к собаке.
— Кыш! — закричал Антошка, пытаясь отогнать собаку подальше.
Собака смотрела на ползущие к ней тёмные щупальца.
— Кыш! — снова закричал Антошка, пытаясь отогнать то, что ползло по льду. Он выпустил из руки тёмный комок и бросился к собаке.
Комок завис в воздухе и вдруг начал медленно вращаться, вытягивая серые кляксы из снеговиков. Кляксы плыли по воздуху, чуть мерцая и постепенно становясь похожими на осьминогов со множеством извивающихся чёрных щупалец.
Антошка оглянулся, увидел этот комок, шлёпнулся в снег, потом схватил собаку и побежал к мостику.
Серые существа за его спиной бросились за ним.
Кит перевёл взгляд на мостик. И замер.
На перилах сидела не Гроза, не маленькая собака с лохматыми ушками, а небольшой белый дракон. Дракон распахнул крылья и полетел навстречу серой массе.
Кит тоже кинулся к мостику.
Над прудом белый дракон дрался со стаей тёмно-серых осьминогов.
Алексей Петрович сжимал в руках ошейник.
— Ничего, надо же дракону учиться сражаться в удобной для себя форме, — успокаивал его Златогоров. — А то завёл зверушку, а ей здесь не полетать, не порезвиться.
Кит подошёл ближе.
— А вас, Буранин, тут вообще сегодня не должно было быть! И как только прошли через заслон?
Кит не стал рассказывать про красную птичку.
Комок осьминогов в небе то распадался, то снова собирался в стаю, атакуя белого дракона. Дракон опускался ниже, потом вновь взмывал в небо. В какой-то момент он вместе с осьминогами пролетел совсем рядом, сначала Кита обдало холодом, потом жаром. Было не очень понятно, кто побеждает. В небе мелькали крылья, щупальца. Вдруг дракон сделал резкий выпад в сторону серого комка, нырнул вглубь… и вместе с тёмной массой хвостов и щупалец начал падать на мостик.
— Осторожно! — закричал Семихвостов, вскидывая руки, словно пытаясь удержать падающий комок.
Кит бросился в сторону, упал.
Мир накрыло тьмой.
Киту показалось, что на него свалилось что-то вязкое, ледяное, страшное. Наверное, на несколько минут он потерял сознание. Когда он открыл глаза, дракон уже снова поднимался в небо, сжимая в лапах несколько извивающихся чудовищ.
Кит встал, помотал головой, приходя в себя, посмотрел вокруг. Златогоров лежал на мостике. Семихвостов стоял на коленях рядом с ним и пытался нащупать пульс.
Неподалёку неподвижно лежал Антошка, лицом вниз и странно раскинув руки, как будто пытался кого-то обнять.
Кит, чуть шатаясь, подошёл ближе.