Линус аж с лица спал от таких откровений.
— Я… да я его убью сейчас!!!
Только вот в окно вылезать неудобно, а дверь занята матушкой. И ведьмой? Не пробьешься, а в сторону их отодвигать как-то и не очень… может, сами отойдут?
Нет, Элисон еще и головой покачала.
— Красиво, но неправда. Попробуйте еще раз, Тильда.
— Правда! — взвыла больная с кровати.
Элисон показала на ее лицо, где медленно расцветала очередная язва.
— Нет. Магия против. И скажите, зачем ему тогда вы? Он и сам все это сделать мог прекрасно, и подложить, и никому не говорить.
Линус почесал затылок.
— Вроде и так да? Тильда?
Водопад слез и соплей пошел на второй круг.
На этот раз Тильда была более правдива. Все оставалось точно так же, запугали — соблазнили — изнасиловали, но подклад достала она. И принесла она. Не виноватая она, ее шантажировали. Простииииитеееее!
В этот раз Линус уже не торопился кого-то убивать. Наверное, потому, что язва на глазах становилась глубже, сочилась бледным желтоватым гноем, воняла близкой смертью и разложением. И он сам уже тихо сказал:
— Тильда, не ври. Тебе это не поможет.
Минут через десять правда и выплеснулась.
Тильде очень хотелось молодого мужа. Старый, понимаете ли, старый уже, а у нее темперамент, и ей не хватает, и приходится искать утешения на стороне. А тут у этой козы Марлены — ТАКОЕ!
Молодое — красивое, и главное, ну зачем ей⁈ Она обойдется, Тильде нужнее! И все ж рядом, только руку протяни… она и протянула. И снюхались два подонка. Да душевно так…
Кто первый предложил избавиться от Марлены и Линуса? Кто поддержал?
Теперь уже и не вспомнишь, главное, что потом Тильда и Патрик могли жить спокойно, наслаждаться друг другом, и досталось бы все им… а чего на два-то делить? В одних руках кусок, вестимо, слаще!
— А ничего, что у меня и еще один сын есть? — рявкнула Беата.
— Ничего, подкладов и на него хватило бы, — отмахнулась Элисон.
Рена сжала руки в кулаки.
— Дет… Рента Дью, — Элисон вовремя толкнула ее в бок. — Не лечи эту гадину! Пусть от своей подлости сгниет, а уж до Патрика я сейчас доберусь! Я ему все повырву! Два раза!
Элисон покачала головой.
— Нет уж… раз я обещала, да и пришла, то я помогу. Ты же жить хочешь, да, Тильда?
Тильда кивнула, завороженно глядя на то, как качнулись черные пряди волос. Пахнуло лавандой.
Жить хотелось.
ЖИТЬ!
Не ради детей, не ради близких, а вот просто — ЖИТЬ!!! Лучше, конечно, жить хорошо, но если сейчас не вышло, то хоть просто выжить. А то на лице еще одна язва открылась, и зудела вовсе уж невыносимо…
— Руку протяни, — тем же низким голосом сказала Элисон. — И не пугайся. Рена Беата, ножик найдется?