В какой момент я расстегнул ее джинсы?
Как успел пролезть в тесные скинни и забраться в трусики?
Влага на пальцах совсем потушила огонь сознания.
Хер его знает, чем все это могло кончиться, если бы не настойчивый кашель сзади.
Соня, которая в какой-то момент сдалась моим рукам и губам, застывает в моих объятьях и смотрит на меня расширенными от ужаса глазами.
Блядь, что я натворил…
Глава 32. Соня
Ни черта он не изменился!
Ни чего он совсем не понял!
Да, конечно, я догадывалась, что Рэм не утерпит и припрется в универ. Такой, как он, ждать не привык. Наш избалованный женским вниманием мальчик, привык, что к нему бегут по щелчку пальцев.
Ничего.
Мне же пришлось ждать, и по чьей-то милости безрезультатно.
Так что к появлению Рэма я морально была готова.
То есть я так думала.
Увы, мне открылся весь ужас ситуации. Кошмар в том, что, несмотря на все мудачество Рэма, сердце жаждет его оправдать, ищет повод простить.
Стоит Рэму посмотреть на меня или прикоснуться ко мне, как больная, видимо, до конца недобитая надежда вылезает на руины гордости и начинает приписывать каждому взгляду, каждому жесту романтическое значение.
Только не стоит обольщаться.
Очаровываться Рэмом опасно, потому что разочарование неизбежно, как смерть вселенной, только значительно быстрее.
И никакая романтика ему не нужна.
Он все такой же.
И когда я обнаруживаю, что этот мерзавец не то что подглядывает, а откровенно пялится на меня, опустив косуху, вместо того чтобы прикрыть, меня ошпаривает.
Взрываясь шипящим гейзером, жгучий сплав диких эмоций ударяет в голову.
Яростное возмущение, бессильное негодование, девичье смущение, гордость за то, что мне нечего стесняться, страх, что ему все равно не понравится…
И желание. Острое желание увидеть реакцию: проймет ли, загорится ли, взаправду ли я для него особенная…
Сложно сказать, что руководит мной в тот момент, когда я отбрасываю майку и выпрямившись встаю лицом к лицу с Рэмом.
Я никогда в жизни даже себе не признаюсь, что это было: необдуманный порыв, холодный расчет или робкая надежда отхватить настоящих эмоций от этого непробиваемого человека, привыкшего всегда десять раз подумать, прежде чем что-то делать. Не зря он чемпион города по шахматам, хотя, глядя на него, верится с трудом.
Шахматы никак не ассоциируются у меня с косухой, кубиками пресса, гонками на треке и порочными губами с надменным изгибом.
Легкий флер опасности плохого парня, и то, что он не дикий волк-одиночка, а вполне социализированный манипулятор, делает его только еще опаснее.
И вот я сама попалась.
Хотела его эмоций? Получите, распишитесь.