Я, кажется, ей ясно сказал не вертеться вокруг Дана.
Я уже собираюсь внести ясность в этот пиздец, когда меня притормаживают хлопком по плечу сзади.
– Проблемы? – разворачиваюсь я, надеясь помахаться.
– Чего такой нервный? Походу, проблемы у тебя, – усмехается Горелов.
– Хоть жопой жуй, – отзываюсь я и указываю на злящую меня парочку: – И эта еще не самая крупная.
Диман бросает взгляд на Дана и Соней и приподнимает брови:
– Ритка упертая. У нее может выгореть.
Меня это драконит еще больше.
– Если у нее выгорит, я ему сломаю и руки, и ноги.
– Охолони, – резко обрывает меня Демон. – Поговори с Даном. Подлости не в его стиле. Не стоит разбрасываться друзьями. У нас и так их осталось немного.
Он говорит про Санька Зверева, показавшего гнилое нутро и чуть не разрушившего отношения Горелова и Воловецкой. Хотя «чуть не» – это прям слабовато. Эти двое собирали все по осколкам.
Зверь, как оказалось, не велика потеря. Хуево было, но не смертельно.
А вот Сонька…
Я теряю еще одного друга. Если уже не потерял.
Именно эта мысль заставляет меня удержаться и не устроить Ритке распиздон прямо сейчас, оставив разборки до дома. Уже навыступался сегодня с трибуны, блядь.
И с Даном тоже перетру сегодня же.
Он реально четкий парниша, и сестры наши для него, как своя, но ключевое тут – парниша. И как любой парень в двадцать лет, он любит трахать сочное мясцо. А Ритка перед ним этим богатством трясет, как красной тряпкой перед быком.
Вон, блядь, ноги расставил, руки в карманы засунул, корпусом к Ритке, так бы и пробил в брюшину! Улыбается как своему курятнику.
Вообще у него странная магия. Бабы покупаются на красивое личико и мускулатуру, млеют, дают, он их поебывает, и они расстаются друзьями.
Я Соню один раз поцеловал и расхлебать до сих пор не могу.
– Хочешь поговорить? – Диман закуривает, а мне в его фразе слышатся интонации Инги. Вот. Уже симбиоз. И меня это почему-то бесит.
– Я хочу все расхерачить, – мрачно отвечаю я.
– Жданова? – с первой попытки угадывает Горелов.
– Ну, – бычу я.
Демон ничего больше не говорит. Мы вместе смотрим на то, как Ритка с хиханьками усаживается позади Дана, заводящего мотоцикл. Пизда сеструхе и серьезный разговор с Даном – это второстепенные задачи. Они подождут до вечера. И лучше бы Ритке оставить шлем, который она застегивает. Потому что, походу, надо настучать ей. Хотя все мозги у нее в заднице вместе с шилом.
Первая и главная проблема на сегодня – что делать с Соней?
Диман, словно прочитав мои мысли, между затяжками выдает, сука, очередную житейскую мудрость:
– Тебе надо принять решение. Или трусы надеть, или крестик снять.
– Много ты понимаешь! – вызверевшись на него, я пинаю смятый картонный стаканчик, валяющийся под ногами.
– Нормально я понимаю. Усидеть на двух стульях не получится. Я пробовал.