– Сейчас все нормально?
– Ну-у, – неуверенно протянул Тимур. – В целом, да, но Кириллина… – он тяжело вздохнул и сказал: – Тош, понимаешь, он, в общем, ну, в кровати там у них обмочился. Кириллина во все горло на меня орала, испугала деда, он у нас снова вырвался, побежал к речке… Ты не думай, мы его привели домой. Так что сейчас все нормально, он спит. Устал очень…
Тоша молчала. Она не сразу поняла, что обзор ей застилают собственные слезы – они полились градом, словно плотину прорвало. Она всхлипнула в трубку.
– Ладно, Мур. Я уже на подъезде.
– Эй, ты что, плачешь? Не надо…
– Пока, – она нажала отбой.
Остановившись недалеко от въезда в Плёс, Тоша дала волю слезам. Почему все так? Ей двадцать один, она должна учиться, тусоваться, влюбляться… Тут же в памяти вспыхнули сине-зеленые, почти бирюзовые глаза Клима, его рука, сжимающая ее ладонь, и запах сигарет. Белая кошка на заднем стекле.
А ведь после того случая с котятами она была уверена, что они станут друзьями. Но нет. Именно тогда Клим начал дразнить ее. Тоша его не понимала – она ведь кинулась ему на подмогу! Наверное, Лина права: в том возрасте Клим воспринял ее поступок как удар по собственному достоинству. Девчонка бросилась защищать котят от такого страшного человека, как Морев-старший, в то время как сам Клим ничего не мог с ним поделать. Беспомощно застыл и смотрел.
Совсем как она сейчас.
Сколько горьких слез она проливала после его злых шуток! Мальчик с морскими глазами из ее грез превратился в чудовище, и она затолкала все свои девичьи мечты о нем в самую глубину сердца. И отвечая на каждую колкость ледяным молчанием, представляла, как однажды полюбит по-настоящему хорошего человека и утрет Климу нос.
Но вот ей двадцать один, и вместо этого она утирает только какашки за собакой и за собственным дедом. Тоша снова горько всхлипнула и зло вытерла лицо рукавом куртки. Хватит. Минутка слабости окончена. Наверняка у дома до сих пор ее ждет Кириллина, чтобы лично высказать все, что она думает о Лисицыных. Не с красным же носом ей противостоять!
Слово отдалось в голове эхом. «Противостоять. Противостоять…»
Тоша лежит у Лины на кровати, на пару с подругой закинув ноги на мягкий ковер на стене. По верхнему краю развешаны рисунки разных пород кошек, разукрашенные цветными карандашами. На них Тошу с Линой вдохновила новая энциклопедия с красивыми картинками. Они срисовывали самые интересные породы, подписывали и крепили к ковру булавками.
Тоша пыталась найти в энциклопедии и белую кошку Клима, но на картинках все были пушистые, с лоснящейся шерстью, ничем не похожие на его тощую питомицу. Наверное, она была беспородная, но так Тоше даже больше нравилось. Легко любить кого-то красивого, а вот дворового, худющего, с короткой шерсткой…
Разрисованная бумага подрагивает от легкого дуновения ветра в форточку, тихо шуршит, касаясь коврового ворса. В комнате пахнет дождем, по крыше гулко стучат капли. В такую погоду не погулять – приходится торчать дома и развлекать себя всякими глупостями.
– «…учеба Антонине дается легко, она растет ответственной девочкой, к поручениям и обязанностям относится…»
– Как думаешь, куда кошка делась? – перебивает Тоша. Слова Лины пролетают мимо ушей.
– «…по-взрослому». Какая еще кошка? – отвлекается от журнала Лина, перекидывает правую ногу поверх левой, зарывается голыми пальцами в ковер.
– Ну, Морева. Белая кошка.
– А, ты про Пышку, – голос Лины тут же пропитывает печаль. – Не знаю. Надеюсь, она спаслась. Видела, как дом погорел? Осталось одно крыльцо…
Они на минутку замолкают, каждая думает об одном и том же – куда пропала после пожара вся семья Клима? Ангелина откидывает со лба темные волосы, переворачивается на живот и, как ни в чем не бывало, снова утыкается в журнал. Долго грустить не в ее характере.
– Кстати, написано, что из Антонины получается хорошая хозяйка. Что-то не похоже на тебя! – хихикает она.
Тоша кривит губы. Готовить и убирать – точно не про нее. Ей почти одиннадцать, а она даже не умеет чистить картошку. Мама вечно ругается по этому поводу, говорит, случись что, так Тоша пропадет.
– Ой, тут и про любовь есть: «Антонина обаятельна и привлекательна. Сильные мужчины видят в ней соперницу и выражают свою любовь в агрессивной форме, бросают ей вызов». Слушай, да это же точно про вас с Климом! Все-таки он на тебя запал, зуб даю!
Тоша фыркает. Какой дурак будет выражать свою любовь кнопками на стуле или изрезанной тетрадкой с контрольной работой?
– Давай лучше про тебя почитаем, – предлагает она, поворачиваясь к подруге боком.
– Да погоди, еще не все. Вот про значение имени: «согласно одной из версий Антонина означает «вступающая в бой», «противостоящая». Хм, ну такое себе. Климу вот ты ни разу отпор не дала!
Тоша закатывает глаза, отбирает у Ангелины журнал, перелистывает страницы в поисках имени подруги.
– Вот, видишь, зато я противостою сейчас тебе! – улыбается она и получает от Лины щелбан.
Тоша не ошиблась – она мигом узнала высокую статную фигуру в длинном кашемировом пальто и широкополой шляпе. Вокруг нее стояли еще какие-то люди. Они перекрикивались, словно голуби, раззадоренные неожиданной порцией зерна.