Напряжение в его позе, то, как он избегает смотреть прямо — говорит больше, чем любые слова.
— Мне было страшно, — признаюсь я, голос предательски дрожит. — Не только из-за того, что произошло… а из-за того, что это значит. Что, если в следующий раз я не смогу остановиться? Что, если…
— Но ты смогла, — мягко перебивает он. — И это уже важно.
Те же слова, что сказал Киеран.
Я переворачиваю их в мыслях, словно камешек в ладонях. Пальцы зарываются в землю, чувствуя её прохладу, привычную шероховатость. Земля всегда держала меня. Мой дом, моя деревня, мои родители. Она была моей опорой столько, сколько я себя помню.
А теперь… её уже не хватает. Не тогда, когда буря идёт изнутри.
Страх свивается тугим узлом под рёбрами, давит, глушит разум. Сильнее, чем когда-либо прежде. Магия шевелится под кожей — живая, беспокойная, непослушная. Я чувствую себя потерянной, будто в любой момент могу сорваться.
С трудом сглатываю, вжимая ладони в землю.
Дыши. Удержи себя.
Но это не помогает. Не теперь.
Что будет в следующий раз? Что, если я не смогу остановиться? Что, если просто не захочу?
Впервые за всю жизнь земля не успокаивает. Она лишь напоминает обо всём, что я потеряла. И обо всём, во что превратилась.
Я чувствую взгляд Тэйна, тяжёлый и внимательный. Он наблюдает. Оценивает. Всегда.
И что-то внутри меня ломается.
— Ты всегда так, — говорю я, голос становится острым, как лезвие. — Стоишь, смотришь, выжидаешь, словно я опасность, которую нужно держать под контролем. Будто я сама этого не понимаю!
Он не двигается, просто продолжает смотреть, решая, сколько показать в этот миг. Его челюсть напрягается, и только потом он произносит тихо:
— Я не считаю тебя опасной, Амара. Я просто знаю, насколько ты сильна. И знаю, что ты пока не видишь, какой потенциал скрыт в твоей силе.
Короткая пауза.
— Я восхищаюсь тобой.
Эти слова ошеломляют. Из всех возможных, именно их я не ожидала услышать.
Не от него.
Но, прежде чем успеваю ответить, прежде чем спросить, что он на самом деле хотел сказать, — его рука чуть дёргается. Будто он собирается двинуться.
Собирается дотронуться до меня.
Расстояние между нами сокращается, совсем немного, но этого хватает, чтобы дыхание перехватило. Воздух становится плотным, натянутым, гудящим от напряжения.
И тогда его пальцы касаются моих.
Легко. Неуверенно. Почти невесомо.
Безмолвный вопрос, который ни один из нас не осмеливается произнести. Его тепло проникает в меня — тихое, устойчивое и выжидающее.
Я замираю, боясь дышать, чтобы не разрушить этот миг.
Тэйн касался меня сотни раз.
Исправлял стойку. Направлял движение. Поворачивал моё лицо твёрдым движением под подбородком. Протягивал руку, чтобы поднять меня после падения. Иногда удерживал всем телом, силой, весом. Бывали моменты, когда наша кожа соприкасалась в бою, в жаре, в поту̀.