Гаррик резко выдыхает, скрещивая руки на груди.
— Хочешь сказать, это были не случайные нападения? — в его голосе звучит скепсис, но под ним — настороженность.
Торен прочищает горло, нетерпение пронизывает каждое слово:
— Моя сестра провела недели, собирая свидетельства выживших, — он наклоняется вперёд, пальцы упираются в столешницу. — Я привёл её потому, что она замечает то, чего другие не видят.
Он бросает острый, тяжёлый взгляд на Тэйна.
— Клан Огня правит этими землями, но мы живём у границ. Мы — первые, кто горит, когда приходит война.
Я сжимаю ножку кубка, заставляя пальцы оставаться неподвижными. Вес его слов давит, оседает внутри тяжёлый и тревожный. Потому что я знаю, что значит смотреть, как горит деревня.
Знаю, как звучат крики. Как пахнет дым, смешанный с пеплом плоти и дерева.
Сначала я думала, что нападение на мой дом — просто очередной налёт, случайный, бессмысленный акт разрушения. Тогда я ещё не знала правды… Что они пришли за мной.
И теперь, когда Торен говорит о скоординированных атаках, о пожарах, вспыхивающих сразу в нескольких местах, вопрос сам прорывается в мысли:
А если они всё ещё ищут меня? А если именно из-за этого нападения на приграничные земли становятся всё чаще? Всё точнее?
Эта мысль сжимается у меня в груди, пробирается сквозь рёбра, как что-то холодное, как что-то когтистое.
Пауза. И снова голос Торена, разрезающий воздух:
— Мы должны знать, что делается, чтобы это остановить.
Тэйн ставит кубок на стол, спокойно, выверенно, без лишнего звука. Лицо остаётся непроницаемым.
— Теневые Силы испытывают нас. Мы расследуем причины, но я не стану давать пустых обещаний, — голос его ровен и твёрд. — Единственное, в чём я могу уверить: Клан Огня не оставит свой народ.
Тишина натягивается, как тетива лука.
Напротив меня леди Эвлин внимательно смотрит на него. Её взгляд острый, пронизывающий, словно она ищет трещины в его уверенности, выискивает слабые места между словами. Затем она говорит:
— Убедись, что это действительно так, военачальник, — голос мягкий, но под ним предупреждение. Намёк. Истина, которую она пока не произносит вслух. — Потому что это только начало.
Холод пробегает по позвоночнику. В её голосе звучит тревога. Она что-то знает. Я чувствую это.
Лорд Торен резко выдыхает, раздражение прочерчивает морщины на лице. Он выпрямляется, расправляя плечи.
— Тогда нам нужны воины, — говорит он жёстко, не отступая. — Если Клан Огня не бросит свой народ — докажи это. Отправь подкрепление, чтобы защитить наши земли, — он кивает в сторону Тэйна, напряжение пульсирует под словами. — Мы держим границу, военачальник. Но как долго ещё сможем? Нам нужны солдаты. Сейчас.
Отблески пламени скользят по его лицу, углубляя тени под глазами. Это не просто требование. Это предупреждение.
Тэйн медленно выдыхает, ставит кубок, тихо касаясь им поверхности стола. Свет огня вспыхивает на серебряных застёжках его мундира, играя бликами золота и тени по ткани рукавов.
— Солдаты будут, — отвечает он. Глухо. Окончательно. — Яррик займётся этим утром. Когда вы отправитесь обратно, они пойдут с вами.
Мелькание облегчения пробегает по лицу Торена, но он не расслабляется. Продолжает пристально следить за Тэйном, оценивая обещание, взвешивая его цену. Затем, после короткой паузы, он задаёт вопрос, который, похоже, готовил с самого начала:
— Среди них будут связанные с драконами?
Свет факелов колышется, пряча его лицо в тени. Он знает — ответ имеет значение.
Тэйн встречает его взгляд без колебаний.
— Да. Мы можем отправить троих.