— Это так.
— Это значит, что, если я спрошу тебя о чем— то, ты должен будешь ответить мне честно, верно?
— Да. — Он растянул это слово. — Думаю, да.
— Тогда я надеюсь, что ты ответишь на то, что я собираюсь спросить, чтобы мне не пришлось приказывать тебе сделать это через несколько часов, — сказала я, когда настороженность появилась на его лице. — Я знаю, что, вероятно, сейчас очень неподходящее время задавать этот вопрос, но я хочу знать, чем Никтос пожертвовал ради меня.
Рейн моргнул, и потребовалось несколько секунд, чтобы выражение его лица разгладилось.
— Я не имел в виду…
— Не думаю, что ты драматизировал, как утверждал Эктор. Ты что— то знаешь.
Он уставился на меня, его плечи напряглись.
— Почему ты хочешь это знать?
— Потому что хочу.
— Позволь мне перефразировать, тебя на самом деле волнует, сделал он это или нет?
Я напряглась.
— Я бы не спрашивала тебя, если бы это было не так. Можешь верить, можешь нет. Я знаю, что не смогу переубедить тебя. И, честно говоря, в данный момент мне все равно, веришь ли ты. Просто ответь на мой вопрос. Пожалуйста.
Рейн выдержал мой пристальный взгляд, но затем отвел его. Он выругался.
— Я не должен был ни черта говорить. Он может просто убить меня, если узнает, что я это сделал.
Я сомневалась, что Никтос убьет Рейна.
— Я не выдам то, что ты мне скажешь.
Его глаза снова метнулись ко мне, свечение за его зрачками стало ярче.
— И я должен этому верить?
— Вопреки тому, что ты можешь думать обо мне, и несмотря на твою неприязнь ко мне, я не хочу, чтобы тебя или кого— либо еще здесь убили, — сухо ответила я. — Особенно не хочу, чтобы это сделал Никтос.
— Да, ну, я чертовски надеюсь, что это правда.
Рейн переступил с ноги на ногу, снова выругавшись, и поднял взгляд на люстру.
— Эйтос долгое время держал в секрете ту чертову сделку, которую он заключил с твоим предком.
Удивление промелькнуло во мне. Я не ожидала, что это всплывет.
— Как и Никтос. Никто из нас даже не знал об этом, пока… пока кто— то другой не обнаружил это несколько лет назад. Как? Черт возьми, я не знаю. Сделки известны только тем, кто в них участвовал, и Айри, потому что эти любопытные ублюдки знают практически всё, — сказал он, поджав губы. — Она узнала только о сделке — не обо всем, что Эйтос делал на стороне. Но все, что ей было нужно — это узнать о тебе.
Холодок понимания пробежал по моей шее сзади.
— Она?
— Весес. — Он рассмеялся, но смех получился сухим и грубым. — Да, она узнала об этом пару лет назад. Пригрозила рассказать Колису, что у Никтоса есть Супруга в царстве смертных, зная, что Колис будет очень заинтригован. И под «заинтригован» я подразумеваю, что Колис забрал бы тебя из мира смертных и использовал, чтобы добраться до Никтоса.
Внезапно я мысленно увидела Весес, стоящую с Никтосом возле его кабинета и прикасающегося к нему. Я слышала, что ты взял себе Супругу. Я решила, что этот вопрос означает, что она не знала. Но у неё был странный тон — не удивление, а… раздражение.
И было логично, что Никтос ответил ей, что я была Супругой только по титулу, лишь потому, что она знала о сделке — знала больше. Это жалило меня не меньше, но в этом хотя бы был смысл.