— Уверен, так и будет, — Никтос почти мурлыкнул, когда разочарование царапнуло мою кожу. — И она не любовница мне. Она моя Супруга.
— Только если Его Величество дарует такой титул, — поправил Дайсиз, его губы скривились, когда он посмотрел на меня. — До тех пор она должна понимать, что находится в присутствии тех, кто лучше нее, и кланяться.
Я напряглась, понимая, что должна была сделать это в тот момент, когда увидела Аттеза. Хотя у меня было чувство, что Дайсиз был больше обижен тем, что я не проявила уважение к нему. Проглотив раздражение и доказывая, что у меня и впрямь есть здравый смысл, я начала склоняться.
— Ты не станешь этого делать, — тихо сказал Никтос, останавливая меня, положив руку мне на плечо. Его глаза на мгновение встретились с моими, а затем он повернулся к Дайсизу. — Моя будущая Супруга поклонится, когда будет находиться в присутствии тех, кто заслуживает уважения. — Его ленивая улыбка вызвала тревожные звоночки. — Но до тех пор…
Никтос сделал теневой шаг, появившись за спиной Дайсиза в мгновение ока. Без предупреждения. Грудь Дайса просто взорвалась брызгами горячей, мерцающей красно— голубой крови.
Я инстинктивно дернулась назад, рука потянулась к бедру, где был пристегнут кинжал, но затем я увидела руку Никтоса.
Боги… Никтос пронзил рукой спину бога — сквозь кости и ткани.
Никтос рывком высвободил руку, и… Он держал в ладони мясистый красновато— синий комок. Дайсиз посмотрел вниз на свою грудь, разинув рот.
— Ты преклонишься перед ней.
Пальцы Никтоса сомкнулись на сердце, разрушая его взрывом серебристого эфира.
— Черт, — прохрипел Дайсиз, падая на колени.
Затем на лицо.
Я уставилась на кровавую рваную дыру в центре белой туники Дайсиза, затем медленно подняла взгляд на Никтоса.
— Ну, — протянул Аттез. — Это либо разозлит Его Величество, либо позабавит его.
— Вероятно, последнее. — Никтос опустился на колени, используя тунику бога, чтобы стереть кровь со своей руки, когда его взгляд поднялся ко мне. — Мне не понравился его тон.
— Мне тоже, — сказала я хрипло, обретя голос. — Но, возможно, это было немного чересчур.
В жестких, бросающихся в глаза чертах лица Никтоса ничего нельзя было разглядеть.
— Он проверял именно то, что бы я позволил, если дело касается тебя. — Он встал. — Он потерпел неудачу, и другие впредь будут знать.
— У меня такое чувство, что к концу дня будет много бессердечных, мертвых богов, — заметил Аттез, взглянув на меня. К нему вернулась улыбка. — Их кровь подойдет твоему прекрасному платью.
— Как и твоя, если ты продолжишь так на нее смотреть, — предупредил Никтос, переступая через поверженного бога. — Полагаю, вы ждали нашего прибытия?
Аттеза, казалось, не смутила угроза.
— Я ждал. Надеялся, что вы скоро будете, так как вы, безусловно, лучшая компания.
— Это ни о чем не говорит. — Никтос обернул руку, которая не была внутри другого бога, вокруг моей. — Была ли какая— то причина?
Я посмотрела вниз, когда Никтос провел меня вокруг поверженного Дайсиза, колеблясь, когда уставилась на руку бога.
— Сера? — Никтос оглянулся на меня. — Кто— нибудь заберет его.
— Дело не в этом, — сказала я, готовясь поклясться, что рука Дайса дернулась. Но это было невозможно. Боги, в отличие от Первозданных, не могли выжить без сердец. Однако я также не почувствовала, как тлеющие угли отреагировали на смерть бога. Зная, что в данный момент я не могу поделиться этим, я покачала головой и нахмурилась. — Пустяки.
— Он странно ощущается, не так ли? — сказал Аттез, привлекая мое внимание. Он перевел взгляд с бога на Никтоса. — Дайсиз всегда ощущался… не таким.
— Да, — пробормотал Никтос, уголки его губ опустились. — Но никто из слуг Колиса не ощущается нормальным, верно? Уже долгое время. — Он продолжал смотреть на бога, склонив голову набок. — Я не чувствую… души.
Голова Аттеза резко повернулась к поверженному богу.
— Это невозможно.