– Шум всё ещё высокий, – сказал Игорь. – Но чипы держатся.
– Ещё, – сказал Кобе. – До предела, когда LUMA скажет «хватит».
Они отступили ещё. И ещё.
На расстоянии примерно пятидесяти метров LUMA отметила:
Уровень помех вернулся в диапазон «умеренно неприятный». Дальше снижать не обязательно. Линия коррекции справляется.
– Всё, – сказал Игорь. – Здесь норм.
– Отлично, – ответил Кобе. – S-17, вы сделали то, что нужно. Сенсоры на месте, данные идут. Возвращайтесь на базу.
Он сделал паузу.
– И, пожалуйста, ничего больше не трогайте.
– Даже если оно само попросит? – не удержался Нисимов.
– Если оно заговорит, – холодно сказал Кобе, – бегите. Всей группой.
Очень рациональная осторожность.
Дорога назад показалась Игорю длиннее.
Не потому что они шли медленнее – потому что теперь он всё время невольно прислушивался: к шуму в голове, к лёгким «просадкам» в связи.
Я держу фильтрацию на максимуме, сказала LUMA. Шум – на границе неприятного, но не опасен. Если станет хуже, я дам сигнал.
«У тебя не болит?» – вдруг поймал себя на странном вопросе Игорь.
У меня нет нервной системы, напомнила она. Но если это тебя успокоит – я не люблю, когда мне мешают работать.
– Что? – тихо спросил Хендер, повернувшись к нему.
– Ничего, – сказал Игорь. – Разговариваю с чипом.
– Я рад, что он у тебя работает, – сухо ответил тот. – Значит, и мы в безопасности.
Гра́лл, которого они видели по пути туда, больше не показывался.
Лес снова стал обычным – насколько вообще может быть «обычным» чужой лес. Мох снова пружинил под ногами, свет в стволах мелькал в ответ на их шаги.
У периметра их встретили дроны и пара техников. В шлюзе – проверка фильтров, анализ состояния костюмов.
Кобе ждал их внутри.
– Живы? – спросил он, не меняя выражения лица.
– Вроде да, – сказал Нисимов. – Если головная боль не считается лёгким смертельным исходом.
– Не считается, – ответил Кобе. – Что видели?
– Не лес, – сказала Хан. – Не просто лес.
– Это я уже понял по данным, – сказал он. – Расскажете подробнее на брифинге.
Он посмотрел на Игоря.