– Я не про «мне приснилась красная звезда», – добавила она. – Я про конкретику: провалы памяти, повторяющиеся фрагменты, субъективные «подтормаживания».
Игорь почувствовал, как LUMA мгновенно начинает сканировать всё, что можно.
Никаких аномалий, сухо отрапортовала она. Если не считать твоей склонности засиживаться за графиками.
– Всё в норме, – сказал он. – Честно.
– Тогда иди, – Лера устало потёрла глаза. – У меня ещё серия анализов, а потом я хочу хотя бы шесть часов сна.
Ночь начиналась спокойно.
Игорь, вернувшись в модуль, рухнул на койку.
– Эй, – Келвин выглянул сверху, – ты как?
– Как реактор после пика нагрузки, – ответил Игорь. – Шум на фоне, но всё работает.
– Романтично, – сказал Келвин. – Твой будущий партнёр оценит комплименты.
– Я буду сравнивать людей не с реакторами, а с гра́ллами, – пробормотал Игорь. – Они менее требовательны.
– И тяжелее, – вставил Томас.
– Зато более предсказуемы, – добавил Кайто.
Посмеялись, и каждый занялся своим: кто-то перепиской, кто-то отчётами, кто-то попыткой читать книжку на старом планшете.
Ты устал, тихо сказала LUMA.
«Да. Но не настолько, чтобы не смотреть логи», – подумал Игорь.
Естественно, вздохнула она.
Он открыл сводку ночных процессов.
Вентиляция – стабильна.
Щиты – в обычном режиме.
Сенсоры леса – дают тихий фон.
Тихий… но уже привычно неровный.
Видишь? сказала LUMA. Волны.
– Да, – шепнул Игорь.
Волны активности проходили по сети, как дыхание. Где-то усиливаясь, где-то затихая.
Это как если бы кто-то ходил по огромному залу и зажигал свет в разных местах, сказала LUMA.
«Или как если бы думал,» – но это он себе вслух не сказал.
Ближе к полуночи его вырубило.
Проснулся он от лёгкой вибрации браслета на руке – стандартный сигнал внутренней системы:
Игорь рывком сел.
Конец ознакомительного фрагмента.