Над столами прокатился раскатистый взрыв хохота.
Даже Драал на мгновение криво ухмыльнулся.
Зуг’Гал перевёл дыхание. Он буравил взглядом спину ученика, пытаясь понять, что творится в этой безумной человеческой голове.
Если этот дурак собирался убить Драала, то занял самую невыгодную позицию из возможных. Ненавистная самка сейчас находилась на одной линии между Меносом и орком, выступая живым щитом.
В следующий миг по поляне пронёсся единый вздох удивления.
Вместо того чтобы броситься в самоубийственную атаку, человек вдруг склонился перед орком. Это был низкий, почти раболепный поклон. Менос подался чуть вперёд и принялся что-то быстро шептать. Говорил он так тихо, что его слова для остальных растворялись в тишине. Их могли слышать лишь сам Драал, да перепуганная девчонка.
Зуг’Гал моргнул. Его плечи, сведённые судорогой напряжения, наконец-то опустились.
«Ну конечно…» — гоблин хмыкнул, чувствуя, как злость сменяется привычным презрением.
Менос понял, что сглупил и испугался. И теперь, склонив голову, он, вероятно, снова умолял Драала об обмене. Унижался и торговался, снова предлагая взамен девки орочий двуручник.
Старый шаман рассмеялся, качая головой. Он смеялся над собственной глупостью. Надо же было поверить, что человек способен бесстрашно пойти на смерть.
Настроение старика резко подскочило. Менос, конечно, тот ещё глупец. Но главное, что его не убьют.
Гоблин с облегчением схватил со стола чашу с медовухой. Он уже поднёс её к губам, когда краем глаза заметил движение. И замер.
Лицо Драала изменилось. Ухмылка исчезла, сменившись чем-то, что Зуг’Гал никак не мог разобрать. Смесью ярости и… испуга?
— Забирать! — рявкнул орк.
Грубый толчок швырнул девчонку прямо в руки пресмыкающегося перед ним Меноса.
Вернувшись к столу, я помог Талли опуститься на скамью. Её пальцы побелели от напряжения. Она судорожно вцепилась в края разорванного платья, пытаясь хоть как-то прикрыть наготу. Девушку била крупная дрожь, отчётливо слышалось, как стучат её зубы.
Удивительно, но она держалась. Другая на её месте уже давно бы зашлась в истерике, но Талли, несмотря на шок, сохраняла остатки самообладания.
Пока я устраивал её, краем уха слушал, как Драал решил прикрыть собственную слабость проявленным великодушием. Разумеется, он не придумал ничего лучше, чем выставить меня в невыгодном свете. Но мне было плевать, что обо мне подумают серошкурые.
— Маленький человек так хотеть самка, — Драал похабно усмехнулся и несколько раз выразительно ударил раскрытой ладонью о массивный кулак, изображая недвусмысленный жест. — Сильно хотеть. Даже бросаться орк!
Он небрежно махнул в сторону своего сородича, баюкающего сломанный палец.
— Умолять! Говорить, если орк отказать — человек совсем разум терять! Тогда лезть спать икшарский верга!
Орки, давясь от смеха, принялись лупить кулаками по столам. Ещё бы. Представить кого-то в объятиях верги, этого уродливого десятилапого паука, сплошь покрытого жёсткой колючей шерстью, было для них уморительно.
Учитель не проронил ни слова. Он буквально прожигал меня тяжёлым взглядом, полностью игнорируя пьяный бред Драала. Уж он точно не купится на эту байку.
Я лишь устало пожал плечами и развёл руками. Учитель достаточно умён, чтобы не требовать от меня подробностей разговора с орком при лишних свидетелях.
Отгородившись от шума, я наполнил бокал вином до самых краёв и поднёс его к губам Талли. Сейчас сама она бы не справилась.
— Пей, — настойчиво произнёс я, фактически вливая в неё напиток.
Она послушно глотала, даже не чувствуя вкуса. Я заставил её выпить всё до последней капли. Ей просто необходимо расслабиться, чтобы алкоголь хоть немного притупил пробирающий до костей ужас.
А ведь она даже не догадываются, что была всего на волосок от того, чтобы погибнуть от моей руки.
Сразу налил и себе.
Вино исчезло за один жадный глоток. Ожидая пока подействует хмель, я продолжал сидеть с расслабленным видом, лениво опираясь на столешницу.