И хотя к этой теме они больше не возвращались в тот вечер, у Астрид разговор не шел из головы. Она рассказала о нем Кёле. Он довольно спокойно отнесся к нему.
— Похоже, он искренен, — заметил он. — Только не вздумайте, Астрид, вербовать его или сделать еще какую-нибудь глупость.
— Вы все-таки несносны, Кёле!
— Я это знаю, — покорно согласился он. — Но, возможно, вы скоро избавитесь от папаши-ворчуна.
— Как? Почему? — встревожилась Астрид.
— Нашу дивизию передают 4-й танковой армии. А она стоит под Воронежем. Тогда уже я не смогу вас навещать. Кроме того, чувствуется, что день решительного наступления на фронте близок. После контрудара армейской группы Клейста на Барвенково и встречного удара немецких частей на Изюм, в окружение попали части 57-й, 9-й и 6-й русских армий. Попали также в окружение соединения двух танковых корпусов. Инициатива снова перешла в руки немецкого командования, и, конечно, оно не замедлит этим воспользоваться.
— Кёле! Но как же я без вас? — Астрид была растеряна. Она привыкла к Кёле. С ним она чувствовала себя сильнее, уверенней.
— Но могло ведь так случиться, что вы работали бы без меня, самостоятельно с самого начала? Собственно, так оно и было. И кое в чем вы преуспели. Руководство приказало вам остаться в Таганроге.
— Я очень расстроена, — призналась Ларсон.
— Все будет хорошо, Астрид. Вы же — умница. Все будет хорошо!
— Мой отдел тоже, наверное, двинется за фронтом, если наступление вермахта будет успешным.
— Надо полагать.
— Что же мне тогда делать? Правда, у меня много знакомых на промышленных предприятиях Таганрога и в бургомистерстве.
— Лучше вам все-таки устроиться в какое-либо немецкое учреждение.
— Но как? Не будет отдела, не будет офицеров, с которыми я работала.
— Кто-нибудь останется. Я думаю, что генерал Рекнагель останется начальником Таганрогского гарнизона. Смелее надо смотреть в будущее, Астрид! Вспомните, в каком положении вы оказались осенью, когда вас чуть не раздавил немецкий танк! У вас не было ни связи, ни документов. Теперь у вас все это есть, а вы паникуете. Если с Таганрогом будут какие-то трудности, можете перебраться в Ростов, но дальше ни шагу.
— Хорошо, папаша Кёле, — по возможности бодро проговорила Астрид.
— Ну вот так-то лучше. Я постараюсь заглянуть к вам перед отъездом.
Однажды в отдел зашел молодой офицер. Все на нем было как с иголочки. Новенькие хрустящие сапоги. Отутюженные галифе. Китель, подогнанный портным, сидел на нем, как влитой. От этого офицера, как говорится, не пахло фронтом. Он был явно из штаба и не меньше чем армейского. А возможно, из самой Германии.
— Могу я видеть майора Неймана?
— У вас к нему дело? Я секретарь майора Неймана, — представилась Астрид.
— Да, у меня к нему дело.
— Как о вас доложить?
— Доложите, обер-лейтенант Кремер! Из команды ЦЭТ! — многозначительно добавил он.
Ларсон встала и направилась в кабинет к начальнику отдела.
— Господин майор! Обер-лейтенант Кремер из команды ЦЭТ просит принять его.
— Их какой команды? — спросил Нейман.
— Из команды ЦЭТ.
— Что это за команда? Вы ничего о ней не слыхали?
— Нет, господин майор.