Подкатил крытый черным лаком «опель-адмирал». Начальник караула у входа скомандовал «смирно». Из машины выскочил обер-лейтенант и распахнул заднюю дверцу. Из теплого салона величественно вылез генерал Рекнагель — начальник таганрогского гарнизона.
Рекнагеля Ларсон видела впервые.
— Вы знакомы с генералом? — спросила она Урбана.
— Не имел чести, — ответил Матиас.
— А генерала Макензена не будет?
— Не знаю, право. Мне говорили, что это ваш родственник?
— Дальний. А вы не знаете, где его штаб в настоящее время?
— Я ведь только офицер хозкоманды, фрау Ларсон. Спросите об этом лучше генерала Рекнагеля.
— А что же, и спрошу! — с вызовом ответила Астрид.
Ларсон не понимала, почему у Урбана испортилось настроение. Но сейчас ей было не до того, чтобы разбираться в этом.
В казино большой зал был уставлен столиками. Здесь уже довольно людно. Мундиры почти всех цветов: голубые — летчиков, черные — танкистов, тоже черные, но особого покроя — эсэсовские и серо-зеленые — пехотинцев мелькали перед глазами Астрид. На нее явно обращали внимание. Женщин в казино почти не было.
К столику, где сидел Урбан с Астрид, подошел Панкок. Ларсон сразу узнала его. Только на нем был уже шитый серебром офицерский мундир.
— Фрау Ларсон! Я рад видеть вас!
Урбан недовольно взглянул на эсэсовца.
— Вас можно поздравить, Панкок?
— Да, фрау Ларсон. Я получил свой первый офицерский чин. Надеюсь, не последний.
— Художник Отто Панкок не ваш родственник? — спросил Урбан с любопытством.
— Нет! В моем роду нет художников.
— Оно и видно, — буркнул еле слышно Матиас.
— Ну что же вы стоите, присядьте, — предложила Астрид.
— Спасибо. Если позволите, на минутку. Я ведь с товарищами.
За столиком в углу сидело несколько военных из танковой дивизии СС. Они с любопытством поглядывали на Панкока и на его очаровательную собеседницу.
— Все, как в новогодней сказке, — сияя довольством и молодостью, проговорил Панкок. — Ужасно надоело сидеть в нашей дыре без дела. И вдруг такой подарок — зал, полный света, елка. И вы, фрау Ларсон! Сюда приехали самые лучшие из нашего полка, — не скрывая гордости, добавил Панкок.
— О какой дыре вы говорите?
— Это чертова деревушка, где мы стоим. Я даже не могу выговорить ее названия.
— Вы стоите в Матвеев Курган? — спросил Урбан.
— Матвеев Курган — это маленький городок. Там стоит штаб нашего полка, а мы стоим в двадцати километрах, в заброшенной деревушке. Вы не представляете, какая там тоска!
— Что ж, Панкок, война, это не только развлечения: погоня за комиссаршами и прочее.
— Ах, фрау Ларсон, не напоминайте мне о том злосчастном случае. Кто бы мог подумать, что вы это вы!
— Я ведь вам рассказывала, Матиас, Панкок чуть не раздавил меня своим танком.