- На блондинах седина незаметна, - отмахивается она. - Мне показалось, ты меня звал?
- Нет, матерился.... Тихо сам с собою, - обреченно вздыхаю, массируя переносицу. - Тетушка, дорогая, постой лучше на стреме, а? Когда охранник Воронцова вернется, дай мне знак.
- А если придет Сам… - многозначительно указывает пальцем в потолок, намекая на Власа Эдуардовича.
- В таком случае звони сразу в ритуалку, - подшучиваю по-чёрному, а она хватает губами воздух и прижимает руку к груди. – Только гроб самый дешевый заказывай. Это бесполезная трата денег – на том свете мне будет всё равно. Впрочем, Воронцов меня, наверное, сам убьет и сам же закопает. Олл инклюзив по-московски, - нервно усмехаюсь.
- Тьфу на тебя! Скажешь ещё! – передергивает плечами тетя, в очередной раз перекрестив меня. – Ох, рискуешь, Ярик. Зачем только ввязываешься в это? Надо оно тебе?
У меня нет ответа. Сам не понимаю!
Молча наблюдаю, как она выскальзывает в приемную, заговорщически осматривается и плотно прикрывает за собой дверь.
Покосившись на Саныча, словно он помочь советом мне может, я возвращаюсь к брачному контракту четы Макеевых. Я не сдержался и умыкнул его из сейфа, пока секьюрити отлучился в туалет. В конце концов, кабинет мой! Значит, и все внутри – тоже мое.
Кружу взглядом по тексту. Вновь не могу сдержать бранных слов, потому что в нем хреново все! От имени жениха до условий владения общим имуществом.
Пытаясь пристроить свою наивную дочь в надежную семью нефтяников, Воронцов переиграл сам себя. Я не знаю, что им движет и зачем сорокалетнему мужику в полном расцвете сил переписывать все нажитое непосильным трудом добро на мелкую пигалицу, которая даже институт не закончила, но на данный момент Тая – одна из самых завидных невест страны с капиталом в несколько миллиардов.
Но есть нюанс - всего на несколько часов. До вечера…
После свадьбы, если я правильно трактую контакт и достаточно хорошо изучил характер невесты, все кардинально изменится. Тая полностью вступит в права, но станет хозяйкой лишь номинально. По факту, активами Воронцова будет управлять Глеб, а если быть точнее и сбросить розовые очки, то старший Макеев.
Будущее Таи окажется в руках борова, которому срать на чьи-то чувства. Непутевый сынок дальше будет скакать по бабам. Саму девчонку быстро прижмут к ногтю, потому что она молодая, дурная и неприспособленная к жизни. В мире волков для нее все люди братья.
Развод ей никто не даст. Из такой семейки можно выйти только ногами вперед.
И чёрт бы с ними! Плюнуть и растереть. Нажраться на свадьбе за чужой счет, а утром с похмелья подписать договор с Воронцовым и приступать к строительству отеля моей мечты.
Идеально же? А я не могу…
Фиг знает, почему.… И зачем я вообще сунул нос в проклятый сейф…
Чем бы ни руководствовался Влас, но свадьба его дочери станет кабалой для всех. В том числе и для меня, потому что мой проект по наследству передадут Макеевым, и нашим инвестором внезапно станет сморчок.
Интересно, Арсений в курсе такого расклада? Он общался с Воронцовым, а не с этой мафией. Задницей чую, надо обсудить с ним новые детали нашего «выгодного» контракта, а до тех пор тянуть время всеми правдами и неправдами.
Влипнем – назад пути не будет.
- Теть Ань? Вызови юриста ко мне через часик, только того, которого Арс к нам из Москвы командировал, - прошу ее по конференц-связи. – Помнишь, я ещё от него отмахнулся? – Она мычит утвердительно, записывает. - Он должен был помогать с документами, а не на лыжах кататься и ресторан объедать. Пусть встряхнется и вспомнит, зачем он здесь. Кажется, его звездный час настал.
- Боже сохрани, - причитает она чуть слышно. Такими темпами скоро отпевать меня начнет.
- Заодно дай мне контакты твоей подружки, которая директор нашего ЗАГСа. Пока не знаю, зачем, но пусть будут.
- Яр.… - начинает тетя укоризненно, но я обрываю связь.
Убираю палец с кнопки громкой связи, закрываю сейф, а брачный контракт со свидетельством забираю с собой. Вернувшийся с толчка амбал без задней мысли остается сторожить пустой кабинет, наглядно демонстрируя, что значит «просрать задание». Причем в буквальном смысле слова.
Напевая себе под нос похоронный марш, я выхожу из офиса. Морозный воздух бодрит, рюкзак с документами прожигает спину.
Я труп. Просто ходячий труп.
Мне надо подумать.
Есть лишь один укромный уголок, где я могу перевести дух, поэтому сажусь на снегоход и срываюсь с места, на полной скорости прорезая зимнюю тайгу. Деревья мелькают, как в быстрой съемке, ветер безжалостно треплет куртку, холод проникает под шлем, обжигая лицо, метель ухудшает видимость, но я упрямо давлю на газ. Мчу с диким ревом, рассекая снег и пугая все живое вокруг.
Адреналин в крови зашкаливает, мысли проветриваются, а сердце бешено гоняет кровь, как взбесившийся мотор.