Адовы псы, надеюсь, они не были важными или священными! Или, что хуже, ядовитыми. И мне сейчас по шее не прилетит!
— Ничего себе… — шепчет и ближе подходит.
Как будто глазам своим не верит, что я всё это для неё сотворил.
Трогает воду пальчиками своими изящными, и вот тут уже я получаю тот самый взгляд, на который рассчитывал!
Глаза расширяются словно два озера бездонных, в них натуральное восхищение.
— Она горячая! — восклицает шокированно.
А я улыбаюсь во все тридцать два зуба. Радуюсь, что ей нравится.
Мозги плывут как в тумане, под кожей горячие токи растекаются. Грудь теплом наполняется.
Вот только не похоть это, даже близко нет. Больше. Сильнее. Глубже где-то.
И в этом нет ничего для меня привычного. Я знаю откуда-то, что впервые всё это испытываю. Не знаю даже, как называется. Но мне пока нравится.
— Ты… сам разогрел? — многозначительно смотрит на мою свободную руку и задирает брови.
— Маг я или нет? — гордо заявляю, поднимаю ладонь и демонстрирую магию. — Решил, чего добру пропадать!
Кожа краснеет, но боли я не испытываю. Закручиваю огонь пальцами, и вместе мы смотрим, как мои вены сквозь кожу просвечивать начинают. Яркие, оранжево-красные. Завораживают.
— Ой, — выдыхает Эль тихонько и вдруг резво из объятий моих высвобождается. — Я сейчас!
И убегает.
А я стою, как дурак, смотрю ей вслед недоумённо. Чувствую себя идиотом. Что опять не так сделал?
Спустя минутку Эль возвращается, и тревога меня чуть-чуть отпускает. На её лице — добрая и счастливая улыбка.
Несёт мне какую-то байду. Хм, в бокале.
— А я тебе быстрозелье сделала, — глазки опускает и так невинно краснеет, что прямо дико хочется её поцеловать.
Но нельзя.
— Из болотника… — запинается, словно адептка на экзамене перед строгим ректором, перепутавшая ингредиенты. — Ну, чтобы ты быстрее всё вспомнил.
— Давай! — забираю бокал и с удовольствием выпиваю, помня, какой приятный этот корень оказывает эффект.
А Эль смотрит на меня так странно, словно в чём-то считает себя виноватой.
— Ну, как? — тихо спрашивает.
— Сладко, — причмокиваю я губами и снова взглядом впиваюсь в Эль.
Глаз не могу оторвать. Чувствую, что пьянею, но совсем не уверен, что от её славного зелья.
— Ну, иди тогда, — выпроваживает меня, пряча глаза и мило краснея. — И не подглядывай!
— А вдруг тебе воду надо будет подогреть? — нехотя подчиняюсь её толчкам, так хочется здесь остаться.
Вместе залезть в лохань. Я заслужил!
— Обойдусь, — строго рычит, но в голосе слышу веселье — она не злится. — Ты пока за похлёбкой проследи, чтобы не выкипела.