Император Пограничья 18: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Полина сделала реверанс и вышла из кабинета, чувствуя тяжесть в груди. Надежда на быстрое исцеление рухнула, рассыпавшись осколками у её ног. Оставалась только упрямая вера в то, что способ существует, и готовность ждать столько, сколько потребуется.

Коршунов связался со мной через полчаса после разговора со Святославом. Я как раз успел умыться, перекусить и отдать первые распоряжения по подготовке к маршу на Муром.

— Прохор Игнатич, — голос начальника разведки звучал собранно, без обычных колоритных присказок, что само по себе говорило о серьёзности ситуации. — Получил информацию от Волкова и провёл собственный анализ. Чую запах подгоревшей каши, и каша эта горит знатно. Аж шкворчит.

— Докладывай.

Родион помолчал секунду, видимо, сверяясь с записями:

— Гипотеза Святослава подтвердилась. Это не стихийное недовольство, Ваша Светлость. Кто-то вложил в желаемый результат серьёзные деньги. Масштаб координации… — он хмыкнул с мрачным уважением профессионала, оценившего работу коллег, — впечатляет даже меня.

— Конкретнее.

— Так точно. Подготовил подборку материалов, сейчас сброшу на ваш магофон.

Экран мигнул, принимая файлы. Я пролистал заголовки, и с каждым новым ощущал, как внутри нарастает холодная злость. «Владимирский тиран запалил костёр войны». «Платонов — новый Чингисхан». «Война возвращается в Содружество». «Эпоха стабильности заканчивается».

Последний заголовок и вовсе вызвал у меня невольный смешок. Местная «стабильность» напоминала мне пожар в борделе: все бегают, кричат, тащат что плохо лежит, кто-то уже выпрыгивает из окон, а хозяйка заведения стоит посреди дыма и уверяет клиентов, что всё под контролем и девочки сейчас вернутся к работе. Князья столетиями резали друг друга чужими руками, травили конкурентов, похищали людей для экспериментов, продавали детей и называли это «балансом сил». Я же, осмелившийся открыто наказать преступника, пославшего в мой город убийц, внезапно оказался угрозой устоявшемуся порядку. Воистину, нет большего греха, чем назвать вещи своими именами.

Статьи сопровождались специально подобранными фотографиями: я на фоне горящих зданий, я с мечом в руке, я в окружении вооружённых солдат. Ни одного снимка, где я подписываю договоры, открываю школы или улыбаюсь.

— Отдельным блоком идут призывы к «коллективному ответу», — комментировал Коршунов, пока я листал, — мол, если не остановить сейчас, потом будет поздно.

— Потёмкин? — уточнил я, хотя ответ был очевиден.

— Частично, — Родион понизил голос. — Суворинские уши торчат из каждой третьей статьи. Ядрёна-матрёна, мужик работает быстро, этого не отнять. Однако есть и другой след, который теряется в лабиринте подставных контор. Кто-то ещё участвует, и этот кто-то не хочет светиться. Пока не могу сказать точно, куда он ведёт, но это не Смоленск.

— Гильдия Целителей?

— Возможно. Или кто-то из князей, которых вы ещё не успели обидеть. — собеседник невесело усмехнулся. — Список подозреваемых длинный.

Я отложил магофон, мысленно составляя список тех, кому выгодна моя изоляция. Получался длинным — за полгода я успел наступить на множество мозолей.

Артефакт завибрировал снова. На экране вспыхнуло уведомление о срочных новостях, и я нахмурился, открывая ленту.

— Видите? — Коршунов сверился со своим собственным магофоном, и его голос стал напряжённым. — Только что пришло.

Я видел. Заголовки кричали с экрана крупными буквами: «Князья Содружества требуют экстренного совещания». «Шереметьев, Щербатов, Потёмкин и Вадбольский выступили с совместным заявлением». «Действия Платонова угрожают всему Содружеству».

Экстренный совет князей. В плановом режиме подобные собрания проходили раз в пять лет, позволяя правителям решать накопившиеся вопросы: торговые споры, пограничные конфликты, совместные меры против Бездушных. То есть те споры, что не перешли определённых рамок, требующих вмешательства Переславской Палаты Правосудия. Внеплановые конференции случались редко, собирая лишь нескольких заинтересованных участников, поэтому созыв совета в экстренном порядке — событие исключительное.

Видеоконференция была назначена на сегодня на шесть вечера. Меньше чем через десять часов.

— Воронья стая над падалью кружит, — процедил Коршунов. — Быстро слетелись, шельмы. Слишком быстро. Готовились заранее, ждали только повода.

— Согласен.

Список инициаторов говорил сам за себя. Шереметьев, который узурпировал престол и превратил Ярославу в изгнанницу. Для него я являлся угрозой просто потому, что поддерживал законную наследницу. Щербатов из Костромы — союзник Ярославского князька, укрывающий беглецов из разгромленной мною сети Гильдии Целителей. Потёмкин — смоленский медиамагнат, чьё предложение о «партнёрстве» я отверг. Вадбольский — связанный с Гильдией Целителей теснее, чем готов признать публично. После недавней публичной оплеухи он решил отомстить на единственном доступном ему поле.

Четверо князей, объединённых общим страхом. Или общим хозяином.

— Они хотят надавить на вас публично, — заключил Родион. — Заставить отступить. Коалиция князей против одного человека — серьёзный аргумент. Даже если формально они ничего не смогут вам приказать, давление будет колоссальным. Санкции, эмбарго, изоляция…

— А если я не приму участия?

— Тогда ещё лучше для них. Будут судить заочно, примут любые резолюции, какие захотят. Скажут, что Платонов побоялся ответить за свои действия. Колода крапленая, Ваша Светлость, как ни крути — проигрываете.

Я усмехнулся. Краплёная колода — определение весьма верное. Вот только шулеры забывают, что против человека, который не играет по их правилам, любые карты бесполезны.