Император Пограничья 18: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Тогда что за дурные вести?

Святослав помолчал секунду, собираясь с мыслями. Я слышал его дыхание в трубке, чуть более частое, чем обычно.

— Я отслеживал реакцию Эфирнета на войну, — начал он, и голос его приобрёл деловые интонации профессионального расследователя. — Волновался за тебя, хотел понять, как общество воспринимает происходящее. Новости о победе у Кондряево пошли почти сразу.

— И?

— Первые часы отклики были смешанными. Кто-то одобрял, кто-то осуждал — обычная картина. Большинство комментаторов не определились с позицией. — Журналист сделал паузу. — А потом начался настоящий шторм.

Я отошёл от входа в шатёр, давая Ярославе возможность выйти. Княжна, заметив серьёзность моего разговора, кивнула и направилась к своим людям, благоразумно не задавая вопросов. Шум просыпающегося лагеря служил фоном для неприятного разговора.

— Какого рода шторм?

— Ключевой нарратив, который сейчас доминирует в Эфирнете, — продолжил Святослав, — звучит так: впервые за столетие между княжествами началась полномасштабная война. Не пограничная стычка. Не «полицейская операция». Настоящая война с артиллерией, регулярными войсками и тысячами убитых.

— Ну пока что не тысячами, а так это правда, — заметил я ровным тоном.

— Правда, которую используют против тебя. Волна негатива нарастала весь вчерашний день с пугающей скоростью, — голос кузена приобрёл профессиональную отстранённость человека, излагающего факты. — Статьи в крупных изданиях появились почти одновременно. «Владимирский тиран», «Новый завоеватель», «Угроза стабильности Содружества». Комментарии под каждой новостью — тысячи аккаунтов с одинаковыми тезисами. Аналитические материалы, написанные слишком быстро, словно заготовленные заранее.

Я прислонился спиной к столбу шатра, обдумывая услышанное. Информационные войны существовали и в моё время — тысячу лет назад скальды, менестрели и глашатаи формировали общественное мнение не менее эффективно, чем современный Эфирнет. Технологии менялись, суть оставалась прежней.

— Хештеги? — уточнил я, вспомнив местный термин для маркировки сообщений.

— «Остановить Платонова» и «Защитим Содружество» в трендах. — Святослав хмыкнул невесело. — Я заметил паттерн, Прохор. Статьи в разных изданиях — словно написаны под копирку. Все продвигают один и тот же посыл, используют одинаковые формулировки: «нарушение баланса сил», «имперские амбиции», «сегодня Муром — завтра кто?».

Знакомая тактика. Когда враг не мог победить на поле боя, он пытался победить в умах. Терехову подобная кампания уже не поможет — его армия разгромлена, город вот-вот падёт. А значит, за этим стояли другие игроки, преследующие собственные цели.

— Это всё?

— Нет. Есть интересные исторические параллели, — оживился журналист. — Несколько материалов напоминают о давних войнах между княжествами. О том, как агрессоры неизменно терпели поражение, истощались финансово и ресурсно, теряли троны. Вывод один: разжигателям войн не место в Содружестве.

— Удобная риторика для тех, кто сам предпочитает воевать чужими руками.

— Именно. Забавно, что один комментарий выбился из общего хора. — В голосе Святослава мелькнула усмешка. — Кто-то написал: «Платонов уже показал, что умеет делать невозможное». Тысяча лайков и репостов за несколько часов.

Я позволил себе мрачную улыбку. Хоть кто-то сохранял трезвость суждений.

— Что ещё?

— Источники «утечек». — Тон кузена посерьёзнел. — Якобы из твоего окружения. Публикуют «секретные планы» по захвату соседних княжеств, начиная от Ярославля и заканчивая Рязанью. Один писака вообще поднял истерику, что ты намерен аннексировать Астрахань. Поэтому, мол, и летал туда на этом своём «драконе» — выдвигал ультиматум Вадбольскому. Фальшивка, конечно, причём грубая, однако убедительная для тех, кто хочет поверить.

Я стиснул челюсти. Подобные методы вызывали у меня брезгливость, сродни той, что испытываешь при виде крысы в амбаре. Тварь мелкая, но способная испортить весь урожай, если дать ей волю.

— Ты начал расследование.

Это был не вопрос. Святослав не был бы Святославом, если бы просто наблюдал за происходящим.

— Разумеется, — журналист помолчал, словно сверяясь с записями. — Часть денег на продвижение негативных материалов прослеживается до Смоленска. Суворин — пёс Потёмкина. Его почерк я узнаю с закрытыми глазами.

— Ожидаемо.

Смоленский медиамагнат уже пытался меня вербовать, а когда получил отказ, наверняка затаил обиду. Потёмкин же всегда играл на несколько шагов вперёд, используя любую ситуацию для укрепления собственных позиций.

Я задумался, глядя на рассветное небо над лагерем. Дым от костров поднимался вертикально — ветра почти не было. День обещал быть погожим, хорошим для марша на Муром. Вот только война на поле боя оказывалась лишь частью противостояния.

— Если за тебя возьмутся всерьёз… — Святослав запнулся, подбирая слова. — Репутацию можно обрушить так, что с тобой никто не захочет иметь дела. Ни торговцы, ни союзники, ни наёмники. Видел такое не раз. Человека превращают в изгоя, после чего остаётся только бежать или умирать.

— Я в курсе.