Император Пограничья 18: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Генерал не успел отдать следующий приказ. Тень скользнула по небу, и с высоты рухнул чёрный ворон, окутанный нимбом из металлических лезвий. Ворон врезался в командную ставку, и душераздирающие крики накрыли центр войска.

Когда несколько бойцов рискнули подойти ближе, они увидели, что осталось от командной ставки. Изорванные шатры, перевёрнутые столы с картами, и повсюду — куски тел. Кто-то рубил офицеров, не разбирая чинов: генеральский мундир с оторванной рукой лежал рядом с половиной адъютанта, связной офицер был рассечён от плеча до пояса.

Муромская армия лишилась головы.

Матвей Крестовский увидел конницу первым.

— Гвардия, за мной! — рявкнул он, и девяносто пять бойцов выдвинулись наперерез.

Гвардия Прохора не просто так считалась элитой среди элит. Каждый благодаря комплексу улучшений превосходил на голову возможности обычного человека и стоил десятка простых солдат.

Оперативно заняв позиции возле каменных пластин, сформированных ротным геомантом, они вскинули автоматы и пулемёты.

— Огонь!

Шквал пуль выкосил передние ряды конницы. Лошади падали, всадники летели через головы, крики раненых смешивались с ржанием умирающих животных. Свинцовый поток ударил в тех, кто успел перескочить через павших и в тех, кто всё ещё пытался атаковать.

Однако туркмены оказались храбры до безумия. Потеряв треть людей за первые тридцать секунд, они всё равно доскакали до владимирских позиций.

И тогда Крестовский шагнул вперёд.

Его тело начало меняться ещё на полпути — кости хрустели, мышцы разрывались и срастались заново, кожа покрывалась костяными пластинами. Через три секунды на месте человека стояло трёхметровое чудовище, напоминавшее помесь медведя и богомола. Множество глаз разных спектров усеивали вытянутую голову, конечности заканчивались когтями длиной с предплечье.

Метаморф врезался в конницу как гиря, упавшая на изящный фужер.

Первый удар разорвал лошадь пополам вместе с всадником. Второй смёл троих туркменов одним взмахом. Кони шарахались в стороны, обезумев от страха перед тварью, которая пахла хищником и смертью. Всадники не могли контролировать животных, строй рассыпался на отдельные группы, которые гвардейцы методично расстреливали и добивали клинками.

Крестовский нашёл туркменского сотника — крупного мужчину в богато расшитом одеянии — и бросился к нему. Сотник попытался рубануть изогнутым клинком, но когти метаморфа перехватили клинок и сломали его как соломинку. Вторым ударом Крестовский оторвал офицеру голову.

В этом время гвардейцы встретили врагов клинками. После обретения ранга Архимагистра Прохор лично создал каждому из своих людей оружие из Сумеречной стали — клинки, способные менять форму по воле носителя. В руках Емельяна Железнякова сабля вытянулась в двуручный меч, рассекая всадника вместе с лошадью одним ударом. Дмитрий Ермаков превратил свой клинок в копьё, выбивая туркменов из сёдел прежде, чем те успевали замахнуться. Марья Брагина, закинув на плечо разряженную винтовку, сформировала из своего оружия парные серпы, скользя между конскими ногами и подрезая сухожилия. Туркмены, привыкшие к обычным противникам, не понимали, что происходит — враги словно держали в руках живое оружие, которое било оттуда, откуда не ждёшь.

Туркмены сломались. Потеряв командира и сотню бойцов за две минуты боя, они развернули коней и ускакали прочь, преследуемые автоматными очередями.

Крестовский медленно принял человеческий облик, тяжело дыша. Костяная броня опадала с него кусками, обнажая бледную кожу, покрытую потом.

— Докладывайте потери, — хрипло приказал он.

— Четверо легко раненых, убитых нет, — ответил один из гвардейцев.

Матвей кивнул и повернулся к полю боя. Муромская армия разваливалась на глазах.

Магия возвращалась медленно, как кровь в затёкшую конечность. Сначала я почувствовал лёгкое покалывание в кончиках пальцев, потом — далёкий отголосок резерва, словно эхо в глубоком колодце. Нефритовая пыль постепенно опадала с тела, и с каждым вдохом связь с магией становилась чуть прочнее.

Двадцать минут. Может, двадцать пять. Целая вечность для битвы.

Я поднялся на ноги, опираясь на саблю, и огляделся. То, что я увидел, заставило меня замереть.

Пока мы сражались в ставке, армия продолжала наступление и побеждала, даже лишившись моей поддержки. Оружие, восстановленное мной перед атакой дели, работало исправно, арабеска больше не действовала.

Буйносов координировал атаку по амулетам связи, его голос звучал спокойно и уверенно. Боевые группы двигались слаженно, как единый организм: маги прикрывали, пехота наступала, артиллерия методично перепахивала вражеские позиции. Янычарский центр трещал под напором Ленского. На левом фланге какой-то молодой офицер вёл две роты на прорыв, и я видел, как турецкие брустверы один за другим переходят в наши руки.

Артиллерия Грановского методично накрывала позиции хавасов. После телепортации дели и поддержания порталов восточные маги были истощены до предела — половина из них вообще не могла больше колдовать, остальные едва держались на ногах.

Система работала. Месяцы тренировок, интеграция боевых групп, чёткое распределение обязанностей — всё это приносило плоды. Всё это работало, даже когда командир лежал в грязи, лишённый магии и окружённый трупами фанатиков.

Я смотрел на это и чувствовал нечто похожее на гордость. Странное чувство для того, кто тысячу лет назад командовал легионами. Но сейчас, глядя на этих людей, которые сражались и побеждали без моей помощи, я чувствовал именно её. Чистую, незамутнённую гордость учителя, чьи ученики превзошли его ожидания.

Армия моего княжества доказывала, что она — не костыль для одного сверхсильного мага, а самостоятельная боевая машина, способная побеждать даже без командира.