Император Пограничья 18: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Консультативное объединение?

— Скорее коалицию с согласованной позицией на случай, если победивший Платонов решит, что его аппетиты не ограничиваются Муромом.

Потёмкин усмехнулся, глядя на собственное отражение в тёмном стекле.

— А если Платонов потерпит неудачу?

— Тогда коалиция станет ещё актуальнее. Победивший Терехов — при поддержке своих восточных наёмников — может оказаться не менее опасен, решив занять Владимир. Как гласит третья из тридцати шести стратагем: «Грабить нужно во время пожара».

— Если мне не изменяет память, — парировал Илларион Фаддеевич, — у этой стратегемы там есть ещё одна сторона: «В случае успеха — царь, в случае неудачи — разбойник».

— Безусловно, но кому, как не вам, знать, что герой и разбойник — это всего лишь две стороны одной медали. Всё зависит от ракурса и правильного освещения событий, верно?

Смоленский князь глухо усмехнулся. Он молчал, обдумывая услышанное. В словах собеседника была своя логика, но что-то заставляло тревожиться — слишком гладко, слишком удобно всё складывалось.

— С Шереметьевым могут возникнуть затруднения, — наконец произнёс он. — После давней истории с освещением его прихода к власти наши отношения… охладели.

— Шереметьев сейчас должен испытывать значительное беспокойство, — заметил собеседник. — Платонов недвусмысленно дал понять в Москве, что поддержит притязания княжны Ярославы на престол. Для человека, который занял трон не вполне… легитимным путём, это серьёзная угроза. Перед лицом общего противника прошлые разногласия имеют свойство отходить на второй план.

— А Щербатов?

— Щербатов осторожен, как и подобает человеку, который сам когда-то пришёл к власти путём гражданской войны. Он понимает, чем пахнет, когда сосед начинает собирать армии.

Потёмкин отошёл от окна и снова сел за стол. Пальцы машинально барабанили по полированной поверхности.

— Вадбольский далеко. Какой ему резон участвовать?

— Гильдия Целителей, — коротко ответил собеседник. — Платонов уничтожил их структуры во многих городах Содружества. Вадбольский связан с ними теснее, чем хотел бы афишировать. «Враг моего врага», как известно…

Пауза затянулась на добрую минуту. Потёмкин взвешивал варианты, просчитывал последствия, искал подвох. Собеседник не торопил, терпеливо ожидая на другом конце линии.

— Допустим, я инициирую контакт, — наконец произнёс князь. — Что далее?

— Далее мы обсудим возможные сценарии развития событий. Исключительно в целях взаимной безопасности. Если Платонов ограничится смертью Терехова, а Голицын убедит его воздержаться от дальнейших авантюр — превосходно. Разговоры останутся разговорами. Но если нет…

— То у нас будет согласованная позиция.

— Именно. «Praemonitus praemunitus» — предупреждён, значит вооружён.

Потёмкин потёр переносицу. Усталость последних дней давала о себе знать — слишком много информации, слишком много переменных, слишком быстро менялся политический ландшафт.

— Что ж, — произнёс он, — полагаю, разумная предосторожность не повредит. Я свяжусь с обозначенными фигурами завтра.

— Весьма благоразумный подход, Илларион Фаддеевич. Как всегда, признателен за конструктивный диалог. Я передам вашу позицию заинтересованным сторонам.

Связь оборвалась без прощания.

Потёмкин ещё долго сидел неподвижно, глядя на погасший экран магофона. В голове крутилось странное послевкусие — словно решение приняли за него, а он лишь озвучил то, к чему его мягко, но неуклонно подталкивали на протяжении всего разговора.

Впрочем, размышлял князь, это не означало, что решение было ошибочным. В мутной воде, как известно, ловится крупная рыба. Если другие князья объединятся против Платонова, Смоленск окажется в центре этой коалиции. Информационные ресурсы, которыми он располагал, станут незаменимы. А там, глядишь, из общей суматохи удастся извлечь кое-что и для себя.

Потёмкин допил коньяк и потянулся к магофону, чтобы набрать номер Суворина. Следовало подготовить почву для завтрашних переговоров, а значит, информационная машина должна заработать уже сегодня.

Армия выступила от Кондряево на рассвете, как и было приказано.

Целебная сила воды прекрасно проявила себя во время штурма заставы: те, кто успевал глотнуть из фляжки прямо в бою, поднимались после ранений, которые должны были уложить их на носилки. Сабельные порезы затягивались на глазах, пробитые пулями плечи переставали кровоточить. Ещё до конца сражения вода в фляжках превратилась в обычную, поскольку источник отдавал силу лишь на час, однако раненые, принявшие её вовремя, уже стояли на ногах.

Колонна растянулась на добрых три километра — пехота верхом, грузовики с припасами и ранеными, артиллерийские упряжки, БТРы и БМП в середине строя. Обезоруженных пленных с конвоем утром отослали во Владимир.